Великие болезни и болезни великих. Как заболевания влияли на ход истории

Самым долгоживущим лечебным средством от сифилиса стала ртуть. Обычно ее применяли наружно, например, в виде мази, которой покрывали большие участки тела. Часто этот метод дополнялся применением тепла, например, сидением в горячей закрытой ванне – настоящее испытание, которое часто заканчивалось истощением кровеносной системы и смертью пациента. Прием таблеток или пастилок, содержащих ртуть, и вдыхание паров ртути также были частью лечебного процесса на протяжении веков. Ртутная терапия применялась до начала XX века. Токсичность ртути ранее была неизвестна, либо ее недооценивали. Те, кто проходил такое лечение в течение нескольких лет, страдали от таких симптомов, как выпадение волос и зубов, вплоть до полного разрушения центральной нервной системы и внутренних органов. В английском языке есть пословица, которая очень точно описывает роковую связь между сифилисом и его терапией, когда трудно было сказать, что хуже, болезнь или ее лечение: «A night with Venus, a lifetime with Mercury»[97].

Появления по-настоящему эффективного лекарства от сифилиса человечеству пришлось ждать до 1909 года, когда немецкий иммунолог Пауль Эрлих и японский микробиолог Сахачиро Хата разработали сальварсан, химической основой которого также был яд: мышьяк.

Портрет блестящего исследователя Пауля Эрлиха разместили на банкноте в 200 немецких марок.

Более четырехсот лет сифилис был не только бедствием для населения по всему миру, он также поразительным образом сопровождал историю европейской культуры. Число поэтов, писателей и художников, которые, несомненно, либо страдали от этого заболевания, либо имели симптомы, указывающие на сифилис, огромно. Следовало бы отдать предпочтение классическому термину «французская болезнь», ведь среди больных сифилисом и среди тех, у кого он, возможно, был, поразительное количество деятелей культуры великой французской нации. Среди них Шарль Бодлер, Гюстав Флобер, Ги де Мопассан, Эдуард Мане, Поль Гоген и Анри де Тулуз-Лотрек. У Людвига ван Бетховена также были признаки этой болезни, и один известный музыкальный словарь приписывал ему сифилис, приобретенный еще в молодые годы. Биограф великого композитора предупреждал, что «на каждых десять исследователей, утверждающих, что Бетховен не болел сифилисом, приходится десять, которые уверены, что сифилис у него был»[98].

Трагична судьба Франца Шуберта, но в его биографии нет ничего необычного для молодого гения из среднего класса, жившего в прошлую эпоху. После Наполеоновских войн молодой композитор с друзьями наслаждался так называемыми шубертиадами[99] в Вене, славившейся оживленной ночной жизнью, отправлялся на экскурсии по окрестностям. При этом было в прямом смысле много вина, женщин и песен[100]. Вена, где после длившихся четверть века войн в 1814–1815 годах проводился Венский конгресс по реорганизации Европы, была, возможно, главной мировой «столицей порока»; по оценкам на 300 000 жителей приходилось 20 000 проституток. Скорее всего, Шуберт заразился около 1822 года, примерно в возрасте 25 лет. Бывали периоды, когда он избегал публики, вероятно, из-за язв и обезображивающих изменений кожи. Ко всему этому добавилось пристрастие к алкоголю. Композитора мучили головные боли и настолько серьезные проблемы с желудком, что он с трудом мог удержать в себе пищу. Шуберту был всего 31 год, когда он умер 19 ноября 1828 года[101].