Великие империи Древней Руси

Девятитысячное войско роксоланов вторглось в Мезию. Как сообщают очевидцы, это была тяжелая панцирная конница, вооруженная длинными пиками и двуручными мечами. Тацит писал: «Вряд ли существует войско, способное устоять перед натиском их конных орд». И действительно, две римские когорты, посмевшие встать на их пути, были сметены одним ударом. Степняки беспрепятственно погуляли по провинции, вдоволь пограбили. Но на обратном пути их подстерег 3-й легион. Роксоланы двигались уже отягощенные большой добычей, да и погода помогла римлянам — шел дождь, таял снег. Копыта лошадей скользили в этом месиве. И атакой пехоты роксоланы были разбиты, понеся большие потери.

Более благоразумные советники Нерона остерегали его от северного похода — прикидывая, во что выльется большая война с роксоланами и аланами. Но при этом императоре благоразумие было не в чести. Приготовления шли полным ходом. И остановил их лишь переворот в Риме и смерть Нерона. Империю расколола затяжная смута, драки за власть. Чем воспользовались соседи. На Дунае последовали новые вторжения роксоланов, даков, языгов, в Закавказье стали вторгаться аланы. Попытались использовать момент и покоренные народы. Произошел переворот в Боспоре. Там появился некий Митридат VIII, сверг Одрисскую династию, заключил союз с сарматами и отважился на борьбу с Римом. Бурлила восстаниями и Иудея, здешние «зилоты»(кинжальщики) без разбору резали всех «чужаков». Но полководец Веспасиан разгромил евреев. Выиграл он и гражданскую войну, став императором. И направил на Иудею сына Тита. Тут-то и последовала расплата за распятие Христа. Иерусалим был взят, еврейский храм разрушен. Мятежную провинцию римляне покарали очень круто. Множество повстанцев перебили, сотни тысяч обратили в рабство.

Митридата VIII римляне тоже быстро победили и казнили вместе со сторонниками. А на трон Боспора Веспасиан в 71 г. возвел Рескупорида I из той же Одрисской династии. Нероновский поход на север он, разумеется, похоронил. Но аланские набеги продолжались. Поэтому император приказал римским контингентам, расквартированным в Грузии, выдвинуться на линию Кавказского хребта и перекрыть перевалы. Тревожной оставалась и граница на Дунае. Веспасиан и его преемник Тит кое-как поддерживали здесь порядок. Но решающее столкновение произошло, когда императором стал второй сын Веспасиана — глупый и садистски-жестокий Домициан.

В Дакии в это время престарелый царь Диупаней уступил власть своему племяннику Децебалу. Который, как писал Кассий Дион, «был для римлян достойным противником». Он проявил себя великолепным организатором и дипломатом. Усилил центральные структуры государства, подавил оппозицию племенной знати. Ввел в войсках римскую дисциплину, привлек в качестве инструкторов дезертиров и перебежчиков из римской армии. Установил связи с роксоланами, свевами, квадами, языгами, карпами — карпатскими славянами. Децебал пытался заключить союз и с Парфией, однако она была далеко, на море господствовал римский флот, и послов перехватывали по дороге.

В 85 г. даки начали масштабное вторжение на римскую территорию. Захватили Мезию. Части, размещенные здесь, были разгромлены, наместник Оппий Сабин погиб. Домициан сам выступил на войну, а непосредственное командование поручил префекту преторианцев Корнелию Фуску. После кровопролитных боев даки были отброшены за Дунай, и по этому поводу император в 86 г. справил пышный триумф. Предложение Децебала о мире Домициан отклонил. Повелел наступать в пределы Дакии. Но Фуск на перевале Ротен-Турм попал в засаду и был наголову разбит. Погиб сам, Децебалу достались все знамена, масса пленных и оружия.

В следующей кампании командование принял Тетий Юлиан и начал наступление с территории нынешней Сербии. Даки встретили его в ущелье Тапы у Железных ворот. Победу в сражении римляне приписали себе, но это ложь — они понесли такие потери, что дальнейшее наступление пришлось отменить. К тому же дипломатия Децебала дала свои плоды. Правда, маркоманы, свевы и языги, населявшие Моравию и Трансильванию, на стороне даков не выступили, но и римлян не поддержали, сохранили нейтралитет. Домициан счел это изменой союзников и решил отыграться на них. Послов языгов и свевов, явившихся к нему с объяснениями, он казнил и послал войско против этих народов. Чем, разумеется, толкнул их в противоположный лагерь.

Германцы и языги разбили и обратили в бегство направленные против них соединения, и теперь уже сами угрожали западному флангу римского фронта. И императору пришлось заключить с Децебалом позорный мир. Дакам обещали выплату ежегодной дани, возвращали трофеи и пленных. А Децебал в ответ обещал не трогать укреплений на Дунае. Причем император для сохранния реноме схитрил совсем уж по-детски — преподнес в подарок Децебалу диадему и как бы невзначай надел ее на царя. После чего объявил — дескать, тот принял корону из рук Домициана, а значит, признал себя вассалом. И по данному поводу император не постеснялся справить второй триумф.