Великие империи Древней Руси

Как показали археологические данные, коренные хазары начали отселяться подальше от таких властителей, на окраины государства [13,57, 59]. Очевидно, уходили и к русичам. И славяне, кстати, разделяли настоящих хазар от «новых хазар». В былинах среди киевских богатырей действует Михаил Козарин — фигура, которая, по мнению исследователей, «принадлежит к числу наиболее архаичных в русском эпосе» [94]. В былине сообщается, что родители по каким-то причинам глубоко возненавидели его и хотели погубить, поэтому он и ушел на Русь «от своего рода-племени». Стоит отметить, что никакие бедствия, связанные с хазарским игом, образ Михаила Козарина не омрачили — он остался одним из популярнейших народных героев. Но в былинах описывается и битва с могучим великаном Жидовином, приехавшим «из этой земли из Жидовския» в степи Цецарские под гору Сорочинскую. И вот с ним-то Илье Муромцу приходится сражаться не на жизнь, а на смерть после того, как великан побил других богатырей.

Да, столкновение иудейской Хазарии с Русью произошло. Хотя, скорее всего, не сразу. Потому что мадьяры, оттесненные к западу, лишились привычной системы жизненных связей и повели себя очень агрессивно. Начали существовать за счет соседей. Союзниками мадьяр стали поднестровские тиверцы и уличи, которых прижимали болгары. А другие окрестные племена венгры совершенно достали. Согласно Ибн-Русте они «поработили славян, которых считали своими рабами и от которых получали продовольствие», а Гардизи сообщает, что «венгры — огнепоклонники, и ходят к гузам, славянам и русам, и берут оттуда пленников, везут в Рум и продают», «мадьяры правили славянами, своими соседями, и накладывали на них такую тяжкую дань, как будто славяне находились в положении военнопленных». Из того, что пленников везли в Рум (Византию), а не в Хазарию, видно, что совершалось это уже после отделения от каганата. Хроника «Венгерские деяния» короля Белы сообщает о мадьярских победах над киевлянами и даже их подчинении.

Поэтому славяне, по крайней мере северяне, на первом этапе, вероятно, выступали союзниками каганата в борьбе с венграми. Но сама обновленная сущность Хазарии подталкивала ее к экспансии на земли других народов. Для выкачивания все той же прибыли. Иудейское правительство подмяло и обложило данью прежних подданных каганата, касогов и аланов. И начало присматриваться к славянским и финно-угорским племенам — они были неиссякаемым источником важнейших экспортных товаров, мехов и рабов.

Налаживались и подпортившиеся отношения Хазарии с Византией. В Константинополе снова правили иконоборцы, ни о каких гонениях на иудеев больше речи не было. А с точки зрения купцов вести конфронтацию с такой державой было невыгодно. Зачем закрывать себе дополнительные пути и рынки? Но и для Константинополя налаживание отношений оказывалось важным. Иконоборческие кампании ослабили державу. Отпала Венеция. На фронтах ромеи терпели поражения. Испанские арабы отобрали у них Крит. Африканские арабы высадились в Сицилии. Отсюда перенесли завоевания и на византийские владения в Южной Италии, основывая там пиратские базы. Аббасиды и павликиане теснили греков в Малой Азии.

И императоры искали союзников где угодно. Михаил II старался упрочить дружбу с Бабеком, вождем азербайджанских хуррамитов. Возникали даже идеи объединить иконоборческое христианство с хуррамитским реформированным исламом, в данном направлении велись проработки. Но из этого ничего не получилось. Слишком уж крутая выходила ересь, не способная удовлетворить ни одну из сторон. Константинополь всеми силами старался добиться и расположения Хазарии, стелился и шел на уступки. Дал привилегии иудейским купцам, по Византии снова пышно разрослись их кварталы и подворья. Император Феофил откликнулся и на просьбу каганата прислать инженеров для строительства крепости Саркел на Дону.

В 834 г. сюда были направлены лучшие специалисты во главе с Петроной Каматиром. Кстати, этот архитектор обнаружил, что значительная часть населения на Дону — христиане. Что еще раз подтверждает бегство гонимых хазар на окраины государства. И Каматир запроектировал в Саркеле строительство церкви. Но власти каганата наложили на это строгий запрет, и привезенные для храма колонны и капители были брошены в степи, где их и нашли археологи в 1935 г. Словом, хазарская верхушка была себе на уме. Уступки византийцев охотно принимала, но идти на ответные не спешила. Императоров, конечно, интересовало возобновление союза против арабов. Но зачем это было купцам, для которых арабы являлись главными партнерами? И Византия еле-еле отбивалась от врагов на нескольких фронтах.