Великие империи Древней Руси

Момент для рейда Олега на Киев был выбран удачно. Византия была занята разборками с арабами, Хазария — войной с печенегами. Вовлечены в нее были и мадьяры. А когда опомнились, в Киеве было все кончено. Олег же предпринял ряд быстрых операций по подчинению соседних славянских народов. Первым делом выступил на древлян. Что было мудро, позволяло привлечь в войско полян, исконных древлянских врагов, и заслужить их симпатии. Древлян он победил, наложил дань черными куницами — для лесных жителей вряд ли обременительную. Заодно обезопасил свои тылы. И расчистил путь по Припяти на запад.

А вот следующий поход он направил на северян, хазарских данников. Что означало войну с каганатом. Архангелогородский летописец прямо сообщает: «В лето 6391 (883) иде Олег …на козары». Произошли какие-то столкновения, Олег одержал победу. Но решило исход кампании не оружие, а дипломатия. Начались переговоры, и Олег объяснил северянам: «Я враг им (хазарам), а не вам»; «Аз им противен». Удовлетворился самым легким налогом и фактически перетянул северян на свою сторону. Потом под его власть перешли радимичи, обитавшие на р. Сож — здесь вообще обошлось без войны, этот народ принял подданство добровольно. А затем была подчинена вторая ветвь северян, жившая южнее, по р. Суле.

На это, кстати, тоже следует обратить внимание. Переходить в подданство Аскольду и Диру поднепровские славяне почему-то не желали. А Олегу, такому же чужаку, покорились. Выходит, отличали его от прежних киевских властителей. Почему? Ответ может быть только один. Они уже знали о порядках и системе управления, установленных в Ладожской державе и распространившихся на Киев. И предпочли эти порядки аскольдовым и хазарским.

В Византии в данный период произошли крупные перемены. Василий Македонянин пожинал плоды тех методов, коими пришел к власти. У него оказалось несколько сыновей, но от разных матерей и… разных отцов. Старший, Константин, был от первого брака с Марией, женщиной из простонародья, с ней Василию пришлось развестись в ходе своего возвышения. Остальные были от Евдокии Ингерины — той самой любовницы Михаила III, которую он выдал за Василия, не прерывая сожительства с ней. И сын Лев получился от Михаила, а Александр и Стефан — от Василия. Император прочил в наследники Константина. Но он вдруг умер, и на очереди оказался чужой, нелюбимый Лев. Между ним и Василием дошло до ссоры. Знать, как обычно, разделилась на партии. А император заточил Льва в тюрьму и намеревался завещать царство Александру.

Однако в 886 г. Василий Македонянин погиб на охоте. И партия сторонников Льва быстренько вручила ему корону. Всех ставленников прежнего царя от двора разогнали. Сослали и Фотия — патриархом Лев поставил 16-летнего брата Стефана. Сам же Лев X получил прозвище Мудрого или Философа. Но мудрым он был отнюдь не в государственных делах. А в «ученых» занятиях. Составлял проповеди и обращения на разные случаи — впрочем, чисто компилятивные, особой мудрости не обнаруживающие. Очень увлекался астрологией и прочей оккультятиной. А управление бросил на самотек, оно досталось временщикам. Лев четырежды был женат, и к кормушке толпами дорывались родственники жен, получая важные должности. Злоупотребления и коррупция достигли невиданного даже для Византии уровня.

Альянс с Хазарией при Льве не нарушился, а упрочился. С продажным окружением царя еврейские купцы прекрасно ладили. Вероятно, и в оккультных увлечениях «помогали». А свержение Олегом провизантийских правителей Киева и его война с хазарами диктовали необходимость более тесного сближения, делали Константинополь и Итиль естественными союзниками — против Руси. И уже в греческой армии появляются отряды «хазар». Каких именно, не уточняется. Но, конечно, не хорезмийских наемников и не иудеев-торговцев. Очевидно, эти отряды состояли из аланов, касогов, мобилизованных коренных хазар. Создавать из них войска на родине каганат не решался. А отправить за море — почему бы и нет?

Другими соседями Руси, игравшими важную роль в политической расстановке сил, являлись две крупные славянские державы, Моравия и Болгария. Но курс их правителей был очень не похожим друг на друга. Святополк вел себя высокомерно и легкомысленно. Разгромив германского маркграфа Арнульфа, принялся оказывать ему покровительство, стал крестным отцом его сына. В 887 г. освободился немецкий престол, и именно Святополк помог избранию Арнульфа королем, а потом и императором. К могущественному Святополку обращался даже папа Стефан VI — чтобы он убедил Арнульфа предпринять поход в Италию, спасти Рим от теснящих его лангобардских феодалов.