Великие империи Древней Руси

Причерноморские скифы, кстати, передвижения македонян отслеживали и о местонахождении их войска хорошо знали. Несколько раз они присылали посольства, предлагая дружбу и союз, который царь Скифии (имя не упоминается) готов был скрепить династическим браком и отдать Александру в жены свою дочь [12]. Идею жениться на «дикарке» завоеватель счел смешной, очень потешался над таким предложением. Но с послами обошелся любезно и заверил их в своей дружбе. Хотя это было не более чем дипломатической хитростью.

Проектов покорении Скифии он не оставил. Уверив самого себя в «непобедимости», он никак не мог смириться с неотомщенной гибелью армии Зопириона. К тому же он стал считать себя и наследником персидских царей. А значит, по его убеждениям, должен был рассчитаться и за Дария. С возвращавшимися делегатами Скифии он отправил ответных послов из числа своих приближенных «гетайров», все с теми же пустыми фразами о дружбе. Настоящей их задачей являлась разведка — «познакомиться с природой скифской земли и узнать, велико ли народонаселение, каковы его обычаи и с каким вооружением оно выходит на войну» [12]. К сожалению, судьба этого посольства и какие-либо его донесения остались нам неизвестными.

Но в это же время хорезмийский царь Фарасман предложил Александру союз против Скифии и вызвался провести войско к Черному морю вокруг Каспия. Вероятно, предполагался и союз с савроматами — Фарасман и сатрап Мидии Атропат, желая угодить македонцу, представили ему сотню «амазонок». Арриан пишет: «Одеты они были как мужчины-всадники, только вместо копий держали секиры и легонькие щиты вместо тяжелых. Говорят, что правая грудь у них меньше левой; во время битвы она у них наружу». Насчет разнокалиберного бюста Арриан, конечно, выкручивается, чтобы как-то состыковать информацию с мифами, где правой груди вообще не должно быть. А тут она вдруг оказывается на месте и даже «наружу», во всей красе. Александр, правда, на «амазонские» прелести не впечатлился и вообще к такому роду войск остался равнодушен. Но предложение Фарасмана его заинтересовало. Он заключил с царем Хорезма антискифский союз. Однако поход в Причерноморье счел пока несвоевременным, «попросил отложить свою помощь» [12].

Сперва решил завоевать Индию. И его орда ринулась крушить цветущие государства Индостана. Кстати, крушить совершенно бесцельно. Даже когда стало ясно ясно, что завоевания окончены, на обратном пути, все равно жгли и грабили города, уничтожая жителей — поскольку уж под руку попались. Ну и наконец великий полководец сдуру угробил большую часть своей армии, когда вопреки советам повел ее назад в Персию через пустыню по берегам Аравийского моря… Есть свидетельства, что Александр Македонский в своих дальнейших планах предусматривал и поход на Скифию. Но в 324 г. до н. э. скончался в Вавилоне в возрасте 32 лет. Существует версия, что от яда — достал он буквально всех своих подчиненных.

Между прочим, если провести сопоставление с другими знаменитыми завоевателями: Баламбером, Чингисханом, Батыем, Тамерланом, то сравнение получится далеко не в пользу Александра. Они все же действовали в интересах собственных народов, а царь Македонии — только ради личной «славы». Его войска роптали, протестовали, и их приходилось то усмирять, то демобилизовывать, пополняя армию за счет покоренных народов. Перечисленные завоеватели были патриотами своих национальных традиций, и созданные ими империи прожили по крайней мере несколько поколений. Александр же совершенно ошалел от роскоши Востока, начал подстраиваться под обычаи побежденных, а в конце концов задумал воссоздать все ту же Персидскую державу, но с собой во главе. И просуществовала его «империя» всего… 9 лет!

Стоило царю умереть, как его ближайшие соратники-диадохи тут же передрались между собой, разодрали завоевания на части и почти перебили друг дружку. А в края, опустошенные и обезлюженные ими, расчищенные рт всякой культуры, начала проникать культура греков. И это называется торжеством «эллинизма»! Впрочем, отметим и то, что народы, взбаламученные македонским нашествием — персы, армяне, туранцы, подхватили классическую греческую культуру. Прошлых веков. А в самом «эпицентре эллинизма», Греции и Эгейском регионе, продолжалась деградация и упадок этой культуры.

Сойтись на поле брани со Скифией Александру Македонскому не пришлось. Очень может быть, что только из-за этого ему удалось остаться в истории «непобедимым»… Но Лисимах, один из диадохов, получивший при разделе империи Македонию, развернул войну против фракийских гетов, вышедших из подданства. Решил вторгнуться и за Дунай и нанес скифам поражение, хотя имел дело не со всей их армией, а лишь с приграничными племенами. Но когда он предпринял второй поход на север, геты при поддержке скифов наголову разгромили его и взяли в плен его. Потом, правда, отпустили — просто так, широким жестом души. Чем-то он им понравился.