Великие князья Владимирские и Владимиро-Московские. Великие и удельные князья Северной Руси в татарский период с 1238 по 1505 г.

Андрей Боголюбский должен был вступиться за своих союзников и наказать Новгород, но пока оставил его в покое и все свое внимание обратил на нелюбимого им великого князя Киевского Мстислава, которого намеревался низвергнуть. Составилась сильная коалиция из Ростиславичей, князя Владимира Дорогобужского (сына Андрея Владимировича Владимиро-Волынско-го), Глеба Юрьевича Переяславского (Андреева брата), князей Полоцких, Муромских и Рязанских; Андрей поручил командование над войсками сыну Мстиславу и воеводе Борису Жидиславичу. Тем временем великий князь Киевский, ничего не зная о грозившей ему опасности, отправлял верного ему Михаила Юрьевича, брата Андрея, с отрядом Черных Клобуков в Новгород, но Ростиславичи схватили этого князя по пути вместе с новгородскими купцами. Мстислав, узнав об опасности, едва успел призвать Торков и Берендеев, как неприятели подошли к городу: два дня киевский князь мужественно оборонялся, а на третий день союзники взяли город приступом, чего еще никогда не бывало с матерью городов русских, и грабили его в течение трех дней… Мстислав с братом Ярославом ушел на Волынь. Покорив Киевскую Русь и посадив в Киеве брата своего Глеба, Андрей Юрьевич, желая смирить и Новгород, начал тревожить граждан его, ездивших собирать дань за Онегой. В Двинской земле немало было недовольных новгородским управлением, и Андрею нетрудно было достичь того, что двиняне стали за него. Для защиты последних от новгородцев Андрей в 1169 г. послал на Двину войско, которое, однако, было разбито, несмотря на численный перевес, новгородским сборщиком податей Данеславом Лазутиничем, который тогда же собрал дань и с Андреевых волостей, соседних с новгородскими. Тогда Андрей задумал нанести Новгороду более решительный удар: он отправил на Новгород сильную рать под началом своего сына Мстислава; тут были рати подручных Андрею князей, были смоляне со своими князьями, Романом и Мстиславом Ростиславичем, братьями изгнанного Святослава, были муромцы со своими князьями и полочане; по дороге до самого Новгорода ничему и никому не было пощады: все предавалось огню и мечу. Союзники подступили к городу 22 февраля 1169 г. Новгородский князь Роман Мстиславич и посадник Якун Андреевич приготовились к обороне: обнесли город тыном и вооружили людей. Об этой осаде впоследствии сложилось сказание со специфически новгородским патриотическо-религиозным характером. Гордые своей численностию, еще заранее поделившие между собой новгородские улицы, жен и детей новгородских, осаждавшие требовали сдачи города. Но переговоры не привели к желательным для осаждавших результатам. Три дня новгородцы успешно отбивались; в ночь на четвертый день случилось нечто необычайное: архиепископ Иоанн, молясь перед образом Спасителя, услышал глас, исходивший от иконы: «Иди на Ильину улицу в церковь Спаса и возьми там икону Пресвятой Богородицы, вознеси ее на забрало, и она спасет Новгород». Об этом архиепископ объявил собору на следующее утро. Духовенство отправилось по указанию гласа за иконой, но, когда протодиакон хотел ее взять, она не двинулась с места, и только сам архиепископ после усердной молитвы смог взять ее своими руками и в сопровождении новгородцев отправился на стену у Загородного конца, между Добрыниной и Прусской улицами, и вознес ее на забрало под тучей неприятельских стрел; икона обернулась от осаждавших назад, из глаз ее потекли слезы и упали на фелонь архиепископа. Тогда на осаждавших напало какое-то одурение: они стали стрелять друг в друга и пришли в страшный беспорядок; новгородцы же ободрились, дружно ударили на врага и поразили его. Суздальцы обратились в бегство; отставшие были взяты в плен, и таких было весьма много, так что их продавали по две ногаты за человека. Это происходило 25 февраля. Отступление или, лучше сказать, бегство суздальцев было весьма печально: за недостатком хлеба они вынуждены были есть в Великий пост мясо, мерли от голода и болезней[642].