Великие скандалы и скандалисты

Уоррен-стрит, расположенная между двумя станциями подземки в районе Сен-Панкрас, тогда играла ту же роль, что и известное по литературе Сохо: была центром преступного мира. Здесь, в многочисленных грязных трактирах и на задних дворах ремесленных мастерских, мелкие воришки, спекулянты и скупщики краденого обделывали свои темные делишки, нередко приводившие к грабежам и убийствам. Здесь, надувая людей, спекулировали всем, чего не хватало, что до сих пор еще распределялось по карточкам.

Стэнли Сетти, обретавшийся на одном из задних дворов под официальной вывеской «гаражи и прокат автомобилей», был здесь царьком «черного рынка». 4 октября 1949 года, около одиннадцати часов утра, Сетти, вызванный кем-то по телефону, сел в свой кремовый «ситроен» и поехал на Лейчестер-сквер. В банке он получил по чеку тысячу фунтов стерлингов — двести пятифунтовых кредиток с последовательно идущими номерами. На другое утро «ситроен» стоял на обычном месте во дворе гаража, вымытый и вычищенный так тщательно, что впоследствии комиссии по расследованию убийств не удалось обнаружить на полированных поверхностях даже короткого отпечатка пальцев. Только через шестнадцать дней после исчезновения Сетти был обнаружен его изуродованный труп у южного побережья Англии, зашитый в шерстяное одеяло и сброшенный в море с высоты нескольких тысяч метров.

Поначалу этим и исчерпывались сведения, добытые людьми Мак-Дугала. Но уже на следующий день сотрудникам, прочесывавшим расположенные вокруг Лондона аэродромы, посчастливилось напасть еще на один след. В Эльстри, на маленьком частном аэродроме, они впервые наткнулись на имя Брайана Дональда Хьюма, который 5 октября во второй половине дня взял напрокат двухместный спортивный самолет. Проверив права на вождение самолета, владелец аэродрома занес его фамилию в регистрационную книгу.

Тем временем лондонские газеты опубликовали номера кредиток, незадолго до смерти полученных Сетти в банке на Лейчестер-сквер. Вскоре в Скотланд-ярд явился водитель такси, выложил на стол Мак-Дугала пятифунтовую ассигнацию и сказал: «Здесь такой номер, какой был в газете.»

Затем он сообщил, что получил ассигнацию от человека, отвезенного им 6 октября из Лондона на аэродром в Саутс-энд.

— А багаж у него был? Большой, громоздкий сверток? — спросил Мак-Дугал.

Водитель ответил отрицательно:

— Ничего, кроме пальто, перекинутого через плечо.

Между тем независимо от этой информации сотрудники Скотланд-ярда на аэродроме в Саутс-энде вторично наткнулись на имя Дональда Хьюма и выяснили, что он приехал сюда на такси и взял на два часа напрокат спортивный самолет «устрица».

— Багажа у него не было, только пальто, — заверил владелец аэродрома.

Как раз в ту минуту в контору аэродрома заглянул монтер, заметивший полицейскую машину и охваченный любопытством.

— Он погрузил в самолет огромный сверток. Я еще сам помогал ему, такая это была тяжесть, — вмешался он в разговор.

Хозяин рассердился:

— Не выдумывай. У него было при себе только пальто…

Но молодой монтер, возможно обделенный чаевыми, упорно стоял на своем:

— Этот человек погрузил в самолет очень тяжелый пакет!

— Он приехал сюда без пакета, откуда же пакет мог вдруг взяться? — продолжал спорить владелец аэродрома.

— Он достал его из ангара. Пакет был спрятан там за старыми покрышками. Он сам потащил его к самолету и только когда я увидел, что ему одному не справиться, я подбежал и помог ему.

Адрес Дональда Хьюма владелец аэродрома без труда нашел в своих записях: Финчли-роуд, 620-Б.

Ранним утром, почти в тот самый час, когда три недели назад был найден труп Сетти, сыщики оцепили дом номер 620-Б на Финчли-роуд. Суперинтендант Мак-Дугал и старший инспектор Джон Джемсон только вдвоем направились к дому, но у входа на миг остановились. Джемсон окинул взглядом добротный кирпичный дом с лепными украшениями по фасаду и невольно покачал головой. Казалось невероятным, что в таком мирном доме, внушающем мысль об уюте, живет мерзкий убийца.

В Англии закон разрешает полиции производить аресты только от 6 часов 00 минут до 22 часов 00 минут. В одну минуту седьмого оба криминалиста стояли на лестничной площадке перед дверью с табличкой: «Хьюм.» Дверь отворила только на третий звонок молодая красивая женщина.

Дональд Хьюм спал еще крепким сном, и МакДугалу пришлось его разбудить.

— Оденьтесь и следуйте за нами. Вы арестованы по подозрению в убийстве! — сказал суперинтендант с полным пренебрежением к изысканным церемониям, какими положено в Англии обставлять арест.

Дональд Хьюм не был особенно удивлен. Неторопливо вылезая из пижамы и натягивая брюки, он подавил зевок и сказал:

— Собственно говоря, я привык перед завтраком принимать ванну, но если вы так спешите, я могу разок без этого обойтись. Так или иначе я скоро вернусь.

Когда его жена внезапно разрыдалась, он с полным хладнокровием успокоил ее:

— Не тревожься, Синтия. Через час я снова буду дома. Им ведь необходимо допросить всех, кто знал Сетти.

Изумленный Мак-Дугал насторожился:

— Значит, вы признаете, что имели отношение к Сетти?