Великие Цезари

Да уж, любой не откажется так проводить полудни! Следующий сборник был назван «Героини». Это пятнадцать писем или, если хотите, монологов знаменитых женщин, покинутых по тем или иным причинам своими мужьями и женихами. Это и Ариадна, и волшебница Медея, помогавшая аргонавтам, основательница Карфагена Дидона, не удержавшая рядом с собой Энея, Пенелопа, многие годы ожидающая возвращения Одиссея, и так далее. Душевные муки и патетика соединены поэтом весьма мастерски, при этом психология любовных переживаний индивидуализирована применительно к каждой из героинь.

Но наибольшую известность принесла Овидию его знаменитая «Наука любви». В начале книги поэт говорит, что «искусство должно управлять и любовью». И далее, как бы пародируя современные ему ученые трактаты и руководства в ремеслах, он наставляет, как найти сексуальный объект, как его обольстить и как удержать. Первые две книги учат этому мужчин, а третья – женщин. Объект прежде всего, конечно, надо найти, и поэт говорит о том, что охотник знает, где водится дичь, рыбак – где рыба, а искатель любовных приключений должен знать, где водятся женщины, и советует прогуляться по многолюдным местам столицы, где можно найти подружку на любой вкус. В этой книге нет возвышенно-романтических любовных переживаний, все построено на шутливо-шаловливый лад, это изящная и веселая книга для тех, кто ищет «дозволенного блуда». В этой же манере написана и книга «Лекарство от любви» – это уже для тех, кто потерпел фиаско на любовном фронте.

Когда поэту минуло сорок пять лет и за его плечами уже был двадцатилетний литературный опыт, он приступил к своему главному труду – «Метаморфозам». Я держу сейчас в руках издание с иллюстрациями Пабло Пикассо и думаю, насколько эта поэма современна и актуальна, и в то же время понимаю, что она была таковой всегда, во все эпохи истории человечества после Августова века, когда творил Овидий, будет такой же и в далеком будущем. Сейчас мы попытаемся очень кратко пересказать ее содержание, чтобы убедиться, что она действительно создана на все времена. Вначале мы читаем, как рождалась вселенная и появлялись небесные тела, растения, животные и люди. Затем идет описание этапов человеческой истории, которых поэт насчитал четыре: золотой, серебряный, медный и железный.

В золотом веке не было войн, денег, земля принадлежала всем, давала богатые урожаи, и весь год стояла весна. Когда власть над миром захватил Юпитер, он поделил год на четыре времени, кроме весны теперь появилось знойное лето, дождливая унылая осень и холодная зима. Люди оказались вынуждены трудиться, выращивать и сохранять урожай, строить дома и т. д. Но мир на земле сохранился. Это серебряный век. В медном веке люди стали ссориться и ненавидеть себе подобных, начались распри и войны. Следующий век поэт назвал железным. Люди научились добывать металлы, и золото и железо стали править миром. Земля перестала быть общим достоянием, была поделена на участки, и между соседями поселилась вражда. Хитрость, жажда наживы, всеобщая ненависть друг к другу (мужей и жен, братьев, друзей и подруг) породили бесчинства и убийства. Дети ждут смерти отцов, чтобы завладеть наследством, жены заводят любовников и толкают их на кровавые преступления против своих мужей и т. д. Есть тут и такая строка: «Злая мачеха готовит смертельный яд для детей мужа». И это, как полагают, был камешек в огород Ливии, которая, как тогда думали, извела племянника и внуков Августа. И, возможно, Ливия не простила этого поэту, отчего он и оказался в ссылке. Богиня справедливости Астрея навсегда покинула землю, и теперь бедам человечества не будет конца. В пятнадцати книгах поэмы – двести пятьдесят мифологических сюжетов, спаянных единством эпического повествования. Это известные мифы о Фаэтоне, Медее, Нарциссе, Пигмалионе и т. д. Заканчивается поэма такими словами:

Всюду меня на земле, где власть не раскинулась Рима,Будут народы читать, и на вечные веки, во славе —Ежели только певцов предчувствиям верить – пребуду.

Как это похоже по смыслу на «Памятник» Горация. Овидий также воздвиг себе своими стихами нерукотворный монумент, и его творения читают и будут читать на всех континентах нашей грешной планеты, оступившейся в железный век. И никто не знает пути обратно – в золотой.

Когда окончание «Метаморфоз» было уже близко, поэт начал работу над другим произведением – «Фасты», иначе «Месяцеслов», посвященным античным праздникам и сезонным обычаям, где Овидий расточает Августу льстивые комплименты, сравнивает его с Ромулом, выводит его родословную от Юпитера и т. д.