Великие завоевания варваров

Но каролингские и арабские источники, датируя полную славянизацию Европы приблизительно началом X века, не дают почти никаких сведений о хронологии или природе исторических процессов, лежащих в ее основе. После падения Западной Римской империи в 476 году исторический свет почти не проливался на Северо-Центральную Европу на протяжении трех сотен лет (притом что и в римский период эти земли редко получали освещение). Все, что нам могут дать письменные источники, – несколько миниатюр, которые почти ничего не говорят о том, как влияние славян распространялось по горным системам Центральной Европы – от Карпатских гор к западу до Альп. Первые данные относятся к событиям 512 года, когда, как мы видели в главе 5, незадачливые герулы двинулись в долгий путь к Скандинавии. По словам Прокопия, сначала они миновали «землю славян». Скорее всего, герулы покинули Среднедунайскую низменность по долине реки Моравы, главному естественному пути с Альфёльда на север. Если так, то славяне уже тогда обитали на территории современной Словакии. Это предположение подтверждает второй инцидент, 543 года. В том году князь лангобардов по имени Хильдегесий атаковал восточноримскую армию во главе войска, насчитывавшего 6 тысяч человек, большинство из которых были опять-таки славянами. Поскольку лангобарды в те времена жили еще на Среднедунайской равнине, вплоть до появления аваров, вполне вероятно, что он набирал славянских воинов в землях неподалеку от собственных владений – опять же, в долине Моравы или другом соседнем регионе. Третья отметка – конец VI века, когда баварским войскам пришлось отражать нападения славян в 593 и 595 годах. То есть спустя полвека после случая с Хильдегесием славянские племена, по данным источника, оказываются в 250 километрах к западу, на границах Баварии.

Схожую картину продвижения славян на запад дает один из самых известных эпизодов в раннеславянской истории – приключения Само, франкского купца, ставшего славянским князем. В ходе своего весьма яркого жизненного пути он, помимо иных достижений, стал отцом двадцати двух сыновей и пятнадцати дочерей от своих двенадцати славянских жен. К 630 году под его руководством славянские сорбы появляются у границ Тюрингии[512]. Следовательно, можно предположить, что они обосновались где-то в регионе южного течения Эльбы. К этому времени у них, по сведениям франкского хрониста Фредегара, уже были «долгие и прочные отношения» со своими соседями тюрингами, а значит, сорбы заняли этот регион самое позднее в начале VII века. По этим немногочисленным упоминаниям вполне возможно получить общее представление о продвижении славян на запад, в Центральную Европу, которое шло вдоль Карпатских гор и Альп на протяжении VI века (см. карту 18). Но это все, что нам могут дать источники, и в них ничего не сказано о северных равнинах или берегах Балтийского моря.

Археологические данные в целом подтверждают эту картину. Как мы видели, концентрации материалов корчакского типа, вполне вероятно, впервые появились на внешней дуге Карпатских гор в конце V века, а затем распространились на куда большую территорию. На западе они проникли на самый край Карпат и встречаются дальше к западу, в Богемии и землях, примыкающих к региону Южной Эльбы. Еще одно скопление памятников корчакской культуры было обнаружено дальше к северо-западу, в Мекленбурге и Лужице (см. карту 18). Археологическая картина здесь иная, нежели на большей части Балканского полуострова. Вместо нескольких разрозненных находок корчакской керамики или странных захоронений на плоскогорьях Центральной Европы были обнаружены целые корчакские культурные комплексы. Не просто отдельные предметы, но все, что проливает свет на корчакский образ жизни – включая земледельческие методы и принципы социального взаимодействия, – все это было найдено здесь.

При обнаружении эти находки были датированы серединой V века. Но сейчас ясно, что памятники корчакской культуры в Богемии относятся, самое раннее, к 550-м годам. И это полностью соответствует повлиявшим на хронологию находкам в Моравии, чуть дальше к востоку, где корчакские материалы, по современным оценкам, просто не могли появиться раньше середины VI века. Дендрохронология также предоставила точные датировки корчакских поселений в регионе Эльбы и Зале, к западу от Богемии. Здесь принятая хронология тоже была расширена. Остатки на Эльбе – Зале приписывались к концу V века – началу VI; теперь же самые ранние материалы датируются 660-ми годами[513].