Великий Ганди. Праведник власти

В канун 1926 года в Канпуре прошла первая конференция индийских коммунистов, на которой была основана Коммунистическая партия Индии (КПИ). Под влиянием коммунистов и радикально настроенных конгрессистов на съездах ВИКП были приняты резолюции против использования полиции для подавления забастовок, за предоставление рабочим избирательных прав, против дискриминации «неприкасаемых» и расовой дискриминации. Они совпадали с требованиями Ганди.

Джавахарлал Неру, руководя иностранным департаментом ИНК, неоднократно встречался с Махатмой Ганди и советовался с ним по поводу своей поездки в Европу, чтобы познакомиться с международными делами и установить контакты с друзьями Индии за рубежом. Ганди одобрил этот план и даже снабдил Неру рекомендательным письмом к Ромену Роллану, с которым он поддерживал переписку. Представляя Неру, Ганди писал Ромену Роллану: «Один из моих самых дорогих соратников и друзей».

В Европе Неру познакомился с руководителями антиимпериалистической лиги Анри Барбюсом, Роменом Ролланом, Сун Цинлин (вдовой выдающегося китайского революционера-демократа Сунь Ятсена), индийским эмигрантом коммунистом Вирендранатхом Чаттопадхайей, участвовал в подготовке антиколониального конгресса в Брюсселе. В письмах к отцу, Ганди и другим руководителям ИНК Неру заключал: «Совершенно очевидно, что конгресс в Брюсселе будет весьма авторитетным форумом, и было бы крайне желательным направить на него представителей Индийского национального конгресса: в конечном счете, самым устрашающим империализмом в наши дни является английский, тот, который господствует в Индии».

Но Ганди не разделял энтузиазма Неру-младшего и не возлагал больших надежд на лигу, поскольку, по его мнению, конгресс в Брюсселе мог внушить индийцам опасную мысль «искать свое спасение, ориентируясь на внешние силы и на помощь из-за рубежа, вместо того чтобы добиваться этого посредством наращивания собственных сил внутри страны». Скептическое отношение Ганди к информации Неру объяснялось также тем, что в работе брюссельского конгресса принимала участие делегация английских лейбористов, которые обещали с приходом к власти предоставить Индии независимость. Ганди, в отличие от других руководителей ИНК, считал, что лейбористы, сформировав свое правительство, будут проводить прежнюю имперскую политику. Но независимость Индия действительно получила тогда, когда у власти были лейбористы.

Тем не менее Неру был уполномочен представлять ИНК на конгрессе угнетенных народов в Брюсселе. Там он заявил: «Я хочу, чтобы вы осознали, что задача освобождения Индии — не только национальная проблема. Она непосредственно затрагивает большое число других стран и косвенно отражается на обстановке во всем мире. Мы не можем дольше терпеть сложившееся положение не только из-за того, что свобода — это хорошо, а рабство — плохо; для нас и для нашей страны это вопрос жизни и смерти. В равной мере такое же положение нетерпимо и для вас».

Неру, вопреки мнению Ганди, обрушился на представителей имущих классов. «Мы должны рассматривать индийских князей и крупных землевладельцев как пособников английского правительства в проводимой им политике в Индии. Они не хотят свободы для Индии из-за того, что это означало бы свободу крестьян от эксплуатации… Мы часто наблюдаем отвратительный союз английских капиталистов с капиталистами индийскими». Выступление Неру обеспокоило Ганди, опасавшегося, что оно может спровоцировать всплеск насилия и тем самым подорвать морально-политическую основу сатьяграхи.

Ганди опасался, что Неру-младший попал под влияние коммунистов, но тот опроверг эти подозрения, заявив, что «для Англии все, кто выступает против эксплуатации других народов, — большевики». Неру также сделал вывод о том, что Советский Союз — «друг всех угнетенных народов, и у Индии есть все основания к тому, чтобы развивать с ним дружественные отношения».

Ганди не возражал против идеи Неру-младшего о тесном союзе всех угнетенных народов в борьбе против колониализма. Но его настораживали заявления о необходимости переустройства общества на социалистических принципах. Неру-старший был того же мнения, что и Гаанди, и решил выехать к сыну в Европу. Беседы с Джавахарлалом убедили отца, что сын остался верен политической платформе ИНК.

В ноябре 1927 года по приглашению Всесоюзного общества культурных связей с зарубежными странами отец и сын Неру прибыли в СССР, чтобы принять участие в праздновании десятилетия Великой Октябрьской социалистической революции. Они встретились с Председателем ЦИК СССР М. И. Калининым и наркомом иностранных дел Г. В. Чичериным, присутствовали на открытии Всемирного конгресса друзей СССР. Но Сталин их так и не принял.