Великий Ленин. «Вечно живой»

Идея созыва Учредительного собрания, представлявшего все слои населения и политические партии России, пользовалась популярностью большинства населения. Оно должно было сосредоточить всю полноту законодательной власти в стране, что гарантировало российским гражданам соблюдение их прав и свобод. До октябрьского переворота большевики настаивали на созыве Учредительного собрания. «…Мы требуем созыва всенародного Учредительного собрания, – писал Ленин в 1903 г., – которое должно быть выбрано всеми гражданами без изъятий и которое должно установить в России выборочную форму правления»[458]. В речи на первом Всероссийском съезде крестьянских депутатов Ленин подчеркнул, что Учредительное собрание является «центральной государственной властью»[459], которое даст «всем народам России» гарантию правильности по всем вопросам»[460].

28 сентября 1917 г. в статье «Большевики должны взять власть» Ленин заявлял: «Только наша партия, взяв власть, может обеспечить созыв Учредительного собрания, и, взяв власть, она обвинит другие партии в оттяжке и докажет обвинение»[461].

Однако осуществили государственный переворот большевики за 17 дней до открытия Учредительного собрания, на котором должны были решаться вопросы, волновавшие общество: основы государственного устройства страны, землепользования, национальных отношений, заключение справедливого мира. Учитывая это, Ленин в письме ЦК своей партии ультимативно настаивал: «…Ни в коем случае не оставлять власть в руках Керенского и компании до 25-го, никоим образом; решать дело сегодня непременно вечером или ночью… Промедление в выступлении смерти подобно»[462]. Таким образом, Ленин сознательно старался опередить широкопредставительное Учредительное собрание, захватить власть и диктовать свои условия.

Взяв власть, большевики обещали, что все вопросы, волнующие общество, «мы внесем… на обсуждение Учредительного собрания, которое будет властно решить, что можно и чего нельзя уступить»[463]. Даже решения второго Всероссийского съезда Советов рабочих и солдатских депутатов принимались как временные до утверждения их Учредительным собранием. «Никаких колебаний не допустит новая революционная власть, – писала газета «Правда», – которая одна, в условиях социальной гегемонии интересов широких народных масс, способна довести страну до Учредительного собрания». Однако опасаясь, что Учредительное собрание лишит большевиков власти, Ленин требует 28 ноября, «чтобы Учредительное собрание признало Советскую власть и Советское правительство»[464]. В «Тезисах об Учредительном собрании» Ленин передергивает, говоря о несоответствии «между составом выборных в Учредительное собрание и действительной волей народа»[465]. В «Тезисах» диктаторски подчеркивается «предписание» признать Советскую власть и ее директивы. «Вне этих условий, – угрожает Ленин, – кризис в связи с Учредительным собранием может быть разрешен только революционным путем, путем наиболее энергичных, быстрых, твердых и решительных мер со стороны Советской власти…»[466], т. е. со стороны большевистского руководства методом диктата.

Выборы в Учредительное собрание, назначенные еще Временным правительством Керенского, состоялись 12 ноября. Они отразили политический настрой в обществе, принеся успех умеренным социалистам, меньшевикам и правым эсерам. В выборах участвовало 50 % избирателей. В целом по стране большевики получили 25 % голосов, по 67 губернским городам – 36,5 %, в Петроградском гарнизоне – 79,2 %. В Учредительное собрание, по неполным данным, было избрано 715 человек, в том числе 412 эсеров, из которых лишь 40 левых, 183 большевика, 16 кадетов, 15 меньшевиков, 2 народных социалиста, 1 беспартийный, 86 – от национальных групп. В.И. Ленин писал по этому поводу, что «крестьянство не могло еще знать правды о земле и о мире, не могло отличить своих друзей от врагов, от волков, одетых в овечьи шкуры».

Ленин не совсем точен, ибо крестьянство хорошо знало и одобряло позицию эсеров в отношении земельной реформы, популярность которой заставила самих большевиков принять ее в форме Декрета о земле. «И если даже крестьяне пойдут и дальше за социалистами-революционерами, – уверял 26 октября в комментариях по поводу принятия Декрета о земле Ленин, – и если они даже этой партии дадут на Учредительном собрании большинство, то и тут мы скажем: пусть так».