Великий Ленин. «Вечно живой»

Все эти «платформы» имели много общего, поскольку их авторы, даже те, которые требовали серьезных перемен, все же не видели естественной связи критикуемых пороков взаимоотношений профсоюзов, государства и правящей партии со сложившейся «военно-коммунистической» административно-командной политической системой, не ставили вопроса об отказе от нее. Различия в основном касались путей и форм огосударствления, методов управления.

В противовес большевистской позиции огосударствления профсоюзов на III съезде профсоюзов Ф.И. Дан (Гурвич) привел убедительные доводы: «защита экономических интересов рабочего класса должна остаться функцией профсоюзов, превращение рабоче-крестьянского государства в нанимателя ничего не меняет – наемный труд все равно остается;

– Россия – часть мирового рынка. Советская власть вынуждена расширять переговоры о заключении концессий, экспортно-импортных связей, рано или поздно придется признать товарно-денежные отношения. Все это обязывает профсоюзы защищать рабочий класс от государства. Профсоюзы, – подчеркивал Дан, – должны действовать как особый специфический орган, не подчиняющийся влиянию государственной власти, в особенности партийной диктатуре»[690]

.

Троцкий отстаивал принцип «производственной демократии», суть которого заключалась в том, чтобы увеличить прослойку рабочей аристократии, подконтрольную партии, и через нее крепить рабочую дисциплину, управлять рабочим движением. В поощрение рабочей аристократии и рядовым коммунистам давалась возможность продвижения по службе. Реальным воплощением этих идей стало создание по предложению Троцкого в августе 1920 г. вместо независимого профсоюза железнодорожников Центральной транспортной организации – Цектран.

Политическая дискуссия о формах и методах хозяйственного строительства в мирных условиях была продолжена на VIII Всероссийском съезде Советов в декабре 1920 г. Тезис Ленина «Перейти к государственному принуждению, чтобы крестьянское хозяйство поднять» был подвергнут резкой критике представителями эсеров и меньшевиков. «Продовольственная политика, основанная на насилии, – отмечал Дан, – обанкротилась…»

Ленин обозначил роль профсоюзов как инструмента осуществления партией диктатуры 30 декабря 1920 г.: «Получается такая вещь, что партия, так сказать, вбирает в себя авангард пролетариата, и этот авангард осуществляет диктатуру пролетариата, и, не имея такого фундамента, как профсоюзы, нельзя осуществлять диктатуру, нельзя выполнять государственные функции. Осуществлять же их приходится через ряд особых учреждений опять-таки нового какого-то типа, именно через советский аппарат»[691]

. «Профсоюзы, – говорил Ленин, – по месту их в системе диктатуры пролетариата, стоят, если можно так выразиться, между партией и государственной властью»[692].

Таким образом, по-ленински, выходило, что профсоюзы как бы посредничали между фактической и номинальной властью. «Но это не есть организация государственная, это не есть организация принуждения, – пояснял Ленин, – это есть организация воспитательная, организация вовлечения, обучения, это есть школа, школа управления, школа хозяйствования, школа коммунизма…» И добавил: «Профсоюзы – «резервуар» государственной власти»[693].

Необходимо учесть, что все эти дифирамбы Ленин произносил на соединенном заседании делегатов VIII съезда Советов, членов ВЦСПС и МГСПС – членов РКП(б). В отличие от прежних утверждений Ленин признал невозможность непосредственного управления обществом рабочим классом. В конце января 1921 г. на II Всероссийском съезде горнорабочих он скажет: «Разве знает каждый рабочий, как управлять государством? Практически люди знают, что это сказки». Кто управлял из рабочих? Несколько тысяч на всю Россию, и только. Если мы скажем, что не партия проводит кандидатуры и управляет, а профессиональные союзы сами, то это будет звучать очень демократично, на этом, может быть, можно поймать голоса, но недолго»[694].