Великий путь из варяг в греки

«Фактическая малочисленность английских и франкских монет вызывает удивление лишь в том случае, если предположить, что викинги привозили собранную ими дань обратно в Скандинавию. Однако есть основание думать, что грабители не забирали своих трофеев домой, а использовали их как средства, необходимые для того, чтобы обосноваться на новом месте. «Англосаксонская хроника» описывает, как в 896 г. распалась армия Хостинга: «Датская армия разделилась, одна часть направилась в Восточную Англию, а другая в Нортумбрию; а те, у кого не было денег, добыли себе корабли и поплыли на юг через море к Сене». Смысл ясен — у тех, кто поселился в Восточной Англии и в Нортумбрии, деньги были; именно для того, чтобы их приобрести, они и вступили в грабительские отряды, а, получив желаемое, не вернулись в Данию, а основали колонии», — пишет английский историк[273].

Заметим, между прочим, что так же можно объяснить и отмеченный выше парадокс: англосаксонские деньги преимущественно найдены в Швеции, хотя получали их в качестве выкупа датские и норвежские конунги. Просто шведские наемники в походы на запад ходили не для того, чтобы осесть там, а чтобы пограбить и вернуться. Впрочем, очевидно, и на восток тоже. Поэтому и монеты оказались в шведской земле, а не там, где были отчеканены. Потому что, еще раз скажем: в Скандинавии они были ни к чему!

Е. И все же источник богатства — Русь!

Меня могут спросить: а что, есть свидетельства, что скандинавские воины совершали набеги на страны Халифата? Или служили у арабских властителей?

Тут, для начала, давайте вернемся опять к анализу кладов арабского серебра на Руси и в Скандинавии. Выше (в главе об археологических свидетельствах) мы делали его, исходя места чеканки монеты и направления ее движения. А теперь посмотрим на время и место распространения выкопанных из земли сокровищ и их количество.

Ох, как бы нужна для этого была сводная работа по русским, прибалтийским, польским, немецким и скандинавским кладам! С указанием по каждому: где, когда и при каких условиях найден; где и когда отчеканена каждая из его монет; в каком состоянии монеты находятся? К тому же, чтобы она была свежей, хотя бы начала века. Ведь клады постоянно находят!

К сожалению, таковой не нашел и даже ссылок на нее не видел. Была работа Маркова, появившаяся в свет еще в 1910 году, и все! Похоже, ученые нескольких стран ни разу не смогли сговориться, чтобы осуществить совместный проект. Да, по-моему, и внутри своей страны никто такого не сделал. Это же какой объем работы: опубликовать в одной монографии десятки тысяч монет!

Приходится пользоваться массой отдельных работ, из которых вылавливать различные данные. Так что не могу утверждать, что приведенный ниже анализ не страдает погрешностями. Но, думаю, основные тенденции определены точно.

А получается следующее. Восьмым веком датируются всего несколько кладов, содержащих арабские монеты. Причем все они, за исключением одного (Калининград, 845 г.), относятся к концу века. Как справедливо отметил В. В. Кропоткин[274], все клады эти сохранились не полностью.

То есть нельзя быть уверенным, что в них не было более поздних монет. Стало быть, можно с большим основанием полагать: закопаны они были в начале IX века.

Если взять это самое начало (800–810 гг.), то мы видим: в подавляющем большинстве они приходятся на славянские, балтские и финские территории. По данным Кропоткина, есть лишь один клад этого времени, зафиксированный на Готланде. И ни одного — в материковой Скандинавии. Что же касается Восточной Европы, то здесь четко выделяются два региона. Один — южный (Дон, Донец, Сейм). Второй — северный (Приладожье, Прибалтика, южное побережье Балтики). Причем второй по количеству находок превалирует. Но еще раз уточним: со Скандинавией он еще не связан. Конечный пункт — прибрежные районы Восточной Германии, в то время заселенные славянскими племенами.