Великий Тамерлан. «Сотрясатель Вселенной»

Кстати, нет в хрониках и упоминания о треснувшем льде и провалившихся под него крестоносцах. Скорее всего это устойчивый миф, отраженный в кинематографе (легендарном, высокохудожественном, невероятно идеологически ангажированном фильме Эйзенштейна «Александр Невский»), что лед Чудского озера не выдержал тяжести доспехов рыцарей и треснул, в результате чего большая часть рыцарей просто утонула. Чудское озеро с его зарослями камыша на гладких и отлогих берегах обладало очень малой глубиной, порой не более 30 см! К тому же лед в это время года достигал от 20 до 50 см! Следовательно, массовой гибели крестоносцев подо льдом скорее всего не было. Спорным является вопрос о потерях сторон в битве. О русских потерях говорится туманно: «много храбрых воинов пало». Видимо, потери новгородцев действительно были тяжелыми. Потери «немцев» обозначены конкретными цифрами, которые и вызывают споры. Русские летописи говорят: «и паде Чюди бещисла, а Немець 400, а 50 руками яша и приведоша в Новъгородъ». Новгородская Первая летопись приводит потери крестоносцев и их союзников: 400 человек убитыми (в том числе 20 братьев-рыцарей) и 50 человек пленными (из них 6 братьев-рыцарей). Как известно, древнейшая из западных хроник – Ливонская Рифмованная (написанная в стихах) хроника – та самая, где нет ни слова о битве на льду озера, просто говорит, что погибло 20 рыцарей, и шестеро было взято в плен. Расхождение в оценках может объясняться тем, что «Хроника» имеет в виду только братьев-рыцарей, не принимая во внимание их дружины, в этом случае из 400 павших на льду Чудского озера крестоносцев 20 были настоящими братьями-рыцарями, а из 50 пленных братьями были лишь 6. Более поздняя по времени написания западная хроника – Хроника Германа Вартберга (написанная спустя 150 лет после событий 1240 – 1242) – вообще молчит о Ледовом побоище. В «Ливонской хронике Рюссова», изданной в 1848 г. на основе более ранних изданий, все события 1240 – 1242 гг. (взятие ливонцами Пскова, его освобождение Александром, вторжение новгородско-суздальских дружин в Ливонию и «Ледовое побоище») и вовсе объединяются в одно целое. Иных сведений о событиях 1240 – 1242 гг. в западных источниках нет. Следует ли считать, что Ливонские хроники специально замалчивали Ледовое побоище? Думается, что любознательный читатель сам сделает устраивающие его выводы: «ведь закон – что дышло, как повернул – так и вышло». Ясно другое: спорность и запутанность, перегруженность и неоднозначность в истории Ледового побоища (точно так же, как в сражении Александра Ярославича со шведами на Неве и Куликовской битве) была, есть и будет. Так и осталось непонятно, какова все же была численность войск противников, их построение, состав, как развивался бой, кто отличился, сколько все-таки погибло русских и т.п. и т.д. Возникают вопросы – на которые нет ответа! Что бы было, если бы рыцари не атаковали первыми, а выжидали в обороне, тем более что численно они заметно уступали русским? Почему Александр Ярославич считал, что рыцари обязательно атакуют именно «свиньей» и непременно в центре?