Великое Предательство:Казачество во Второй мировой войне

Как только мы прибыли в лагерь Караганду, от нас потребовали заявления, в которых должны были указать подданство, военнопленный или интернированный, где имеются родственники, куда желает выехать из Советского Союза.

Седьмого ноября около 19 часов нас четырнадцать человек, в том числе я, сотник И. И. Киселев, П. И. Акимов, войсковой старшина Г. Е. Смычек, лейтенант М. А. Невзоров, поручик Н. В. Коваленко и несколько коренных югославян вызвали к начальнику спецотдела управления Песчаного лагеря (так назывался лагерь, в котором нас содержали). Там на каждого из нас была составлена анкета, в которой, кроме обычных вопросов, были такие: военнопленный или интернированный, где, когда и при каких условиях взят или передан, куда желает ехать и кто из родственников имеется за границей.

По прибытии в Чурбай-Нуру, я был назначен бухгалтером по учету строительного материала на большом строительстве жилых домов. Там я работал до февраля 1955 года, то есть до дня, когда меня вызвали и сообщили, чтобы я приготовился к 9 февраля к отъезду в сборный лагерь Потьма-2, для дальнейшего следования в Австрию, то есть туда, куда я изъявил, в свое время, желание выехать.

21 февраля я прибыл в Потьму-2. Везли этапами в вагонах «зак» из Караганды в Челябинск, Куйбышев (Самара), затем Рузаевка и, наконец, Потьма-2. На каждой пересылке сидели по несколько дней. Вместе со мной ехали: сотник И. И. Киселев, П. И. Акимов, П. С. Телегин и 21 человек немцев и югославян.

При выходе из вагона я обратил внимание, что нет конвоя. Встретил нас надзиратель, повел в лагерь.

В этом лагере условия были много лучше, никаких работ, люди отдыхают, кормили лучше, разрешали в сопровождении надзирателя ходить в поселок за продуктами, главным образом искали жиры, но за все время моего там пребывания (пять месяцев) нельзя было достать сахару и масла. Большинство продуктов низкого качества.

Здесь я пробыл до 11 июля. В этот день нас 25 человек: (пять русских: я, полковник В. Д. Белов, Нестеровский, поручик Б. К. Ганусовский и Г. Козорез) и двадцать человек австрийцев и югославян оповестили, что двенадцатого мы выезжаем в Быково (предместье Москвы).

Двенадцатого июля в два часа дня нас выпустили за зону и в сопровождении офицера мы пошли на железнодорожную станцию. На станции, впервые за десять лет, мы могли свободно сидеть в ресторане вокзала. Вообще, хотя и не совсем, но почувствовали относительную свободу.

В Быково прибыли 14 июля в девять часов утра. Поместили нас в вилле, где во время пребывания в плену, жил германский генерал Паулюс.

Восемнадцатого июля нас подняли в пять часов утра, посадили в автобус и повезли в Москву. Мы прибыли на Киевский вокзал, сели в скорый поезд Москва — Вена. Каждому из нас было предоставлено плацкартное место в спальном вагоне, в каждом купе было по четыре человека. Обедали в вагоне-ресторане, кормили хорошо.

… До Австрии (Нойе Винер Штадт) ехали без приключений. Туда прибыли 21 июля в восемь часов утра. Тут сопровождающий нас советский офицер передал нас австрийским властям. Я немедленно выехал в Виллах, явился полковнику Дубине и подал рапорт о прибытии.

Вот вкратце моя жизнь и жизнь почти всех нас, попавших в 1945 году в Советский Союз.

Нам на долю выпало перенести огромные лишения, нужду, голодовку, а главное — унижения и рабский безвозмездный труд.

М. И. Коцовский

Перечень мест заключения. Амнистия 1955 года

Перечень мест заключения, упоминаемых вернувшимися из советской неволи:

Кемеровская область: лагерь Зиньково — близ станции того же наименования в 15–20 километрах от Прокопьевска; лагерь Тырганский уклон — у Прокопьевска; лагерь Березова Роща — у Прокопьевска; лагерь Абагур — в 10 километрах от Сталинска; лагерь Байдаевка — около села того же названия, на реке Томь; лагерь номер 10 — в 3–4 километрах от Кузнецка; пересылочная тюрьма около Кузнецка; пересылочная тюрьма у Новосибирска; центральный лагерь близ Сталинска; Мариннские лагеря; Новосибирский лагерь; центральный лазарет около Сталинска.

Казахская ССР: пересылочная тюрьма в Петропавловске на реке Ишиме; лагерь Кингир на 7–8 тысяч заключенных; лагерь Спасск — в 45 километрах от Караганды; особый лагерь в Караганде, организованный из лагерного отделения номер 1; лагерь Балхаш; лагерь Джезказган; лагерь Чурбай-Нура — в 45 километрах от Караганды; Песчаный лагерь в Караганде.

Мордовская АССР: лагерь Потьма-2; Дубров лагерь номер 11.

Иркутская область: лагерь Тайшет, номера 019; 022 и 038; Александровская центральная тюрьма.

Коми АССР: лагерь Абес, район города Инта (Абес номера 3 и 4); Инта номер 4; инвалидный дом города Ухта.

Вышеперечисленный ряд наименований мест заключения, конечно, далеко не исчерпывающий, так как на территории СССР имелось безграничное количество их.

Декрет об амнистии от 17 сентября 1955 года. Выдержки: