Великое Предательство:Казачество во Второй мировой войне

В этом случае Вам надлежит также уразуметь и следующие факты, явствующие из данных, имеющихся в подлинных документах, [свидетельств] его одностаничников и сослуживцев, как этого корпуса, так и предшествовавших созданию последнего, казачьих боевых частей: он коренной казак станицы Старочеркасской Донского Казачьего Войска, по эмиграции в Румынию получил там военное образование (военный лицей и кавалерийское училище), стал кадровым офицером ее армии и с того времени действовал против коммунизма сперва в Румынии, где был двоекратно награжден с производством в чин сотника, а затем продолжал эти действия за Железным Занавесом Москвы.

(В 1933 году, при попытке перебраться с разведзаданием в СССР через Днестр, Н. Назаренко был схвачен, прошел подвалы ОГПУ-НКВД, осужден на сибирскую каторгу, бежал, участвовал в восстаниях, вновь попал в руки большевиков, был осужден, снова бежал, партизанил на Кавказе, командуя казачьим отрядом до начала войны в 1941 году. — П. С.)

<… > В сентябре он вывел отряд с Кавказа на Дон, начав действия на коммуникациях отступавших частей Красной Армии, а в октябре присоединил его к германской армии, в составе которой он стал участвовать как казачий ауфклярунгсабтейлунг (разведывательный дивизион — П. С.) в ее дальнейших боевых операциях на Восточном фронте. Этот отряд с 19 декабря 1942 года пребывал в боевой группе тогда полковника фон Паннвица до ее расформирования в феврале 1943 года, после отозвания последнего в штаб генерал-полковника фон Клейста для руководства в спешном разрешении дела создания казачьих полков, намеченного еще в ноябре 1942 года.

27 февраля 1943 года, согласно приказу о создании таких полков под Херсоном, Н. Назаренко, так же, как и командиры всех других казачьих отрядов южного участка Восточного фронта, двинул туда свой отряд, еще в пути развернул его в 1-й Донской полк, который первым прибыл к месту своего назначения и, таким образом, стал там (село Музыковка) ядром сбора остальных частей 1-й Казачьей Кавалерийской дивизии, переброшенной затем, начиная с 25 апреля 1943 года, в Польшу, в военные лагеря под Млавой и Прашницем.

После переформирования там этих полков, состоявшегося 1 мая 1943 года, Н. Назаренко, оставаясь в должности командира своей сотни 1-го Донского полка на основании личного указания генерала фон Паннвица получил кен-бух — служебную книжку за № 1 в знак признания за ним офицерского старшинства по 1-й Казачьей Кавалерийской дивизии, а два месяца спустя после создания этой дивизии, то есть 1 июля 1943 года, был произведен им в чин ротмистра за предшествовавшие военные заслуги на Восточном фронте.

(Из письма войскового старшины Н. Назаренко Г. В. Губареву, автору «Казачьего словаря-справочника»: «… из 7-ми ранений у меня три самые подлющие: одно — навылет пулей, задевшей шейный позвонок; другое — пулей в область сердца, «тяж», от чего все горьше «конфузит» его работу; а третье — разрывной пулей в пах, где осколки таковой блокируют болями всю ногу от бедра. В довершение: взрывной волной полковой мины… меня так швырнуло, что повредило позвонок в области «скиатики»».)

В сентябре 1945 года, войсковой старшина Н. Назаренко, пребывая в Западной Германии, в лагерях ДиПи, создал ядро объединения своих сослуживцев — казаков-ветеранов 15-го Казачьего Кавалерийского корпуса и других воинских казачьих частей, а после нашего переезда в США в 1949 году, учредил отделы этого объединения в ряде стран.

В настоящее время он имеет письменное полномочие действовать, как представитель полковника Вагнера, бывшего своего полкового командира, а затем и командира 1-й дивизии 15-го Казачьего Кавалерийского корпуса, который одновременно возглавляет Союз Ветеранов Легких Войск Германии и Немецко-Казачье Объединение Ветеранов этого корпуса.

<…> Вы, господин Бойчевский, будучи не казаком, а кадетской недоучкой, проворовавшимся типом и самозванцем, не побрезгавшим подложными документами и лжесвидетельствами для присвоения себе офицерского звания, смеете изображать из себя «возглавляющее начальство» над ветеранами 15-го Казачьего Кавалерийского корпуса и даже пишите в Вашем письме от 8 ноября с. г. следующее:

«Назаренко следовало бы обратиться ко мне за разъяснениями и просьбой получения согласия от чинов 15-го К. К. К. на представительство 15-го К. К. К. в Америке».

Тут я Вас спрашиваю: какие вообще «объяснения» Вы способны кому-либо дать, по каким бы то ни было казачьим вопросам, когда Вы до сих пор не знаете даже того, кем именно являются казаки, а потому пишите в том же письме следующее: «Я занимаюсь бывшими чинами русского происхождения Казачьего сословия, и потому ко мне много наших сослуживцев немцев обращались с подобным вопросом о принятии их в ряды Кубанского Казачьего Войска»!

Меня поражает Ваше невежество… Поэтому, попробуйте хотя бы теперь осмыслить то, что казаки даже в Российской Империи никогда не считались сословием. (Энциклопедический Словарь Ф. Павленкова, 1899, стр. 2396).