Верховный Главнокомандующий

— Кстати, про «финансы», Александр Александрович — раз уж Вы упомянули… Напомните мне, насколько я богат.

Удивился, конечно — но и, вида не подал:

— Вы про свои личные доходы?

— Ну, конечно мои — не про ваши же! Ваши доходы, меня пока не интересуют и не заинтересуют до той поры, пока Вы… Я надеюсь, Вы меня не разочаруете, Александр Александрович!

— Приложу максимальные усилия для это, Государь! — вполне искренне ответил тот, — наизнанку вывернусь — но сделаю всё, чтоб и тень не пало на ваше чело, от неудовольствия мною…

Аж, глаза у Начальника Канцелярии увлажнились от верноподданнических чувств! Даже, как-то неловко стало…

— Хм, гкхм…, — задаю наводящий вопрос, — говорят, я вхожу в десятку богатейших человек мира. Это правда?

Слегка печально улыбнувшись, Александр Александрович, с некой долей иронией начал:

— Ваши личные доходы трёх видов: государственные ассигнования на содержание Императорской Семьи — около одиннадцати миллионов рублей золотом…

ОГО!!! Я мысленно потирал руки…

— …Доход от удельных земель, рудников, промыслов… Не более двух с половиной рублей в год.

Тоже — ничего…

Мосолов, слегка помялся… Затем добавил — совсем уж, как «за упокой»:

— Раньше ещё были проценты с капиталов, хранящихся в заграничных банках…

Ага! Так сказать — «золото монархии»! Слышал, неоднократно слышал:

— А, вот с этого места поподробней! Сколько «хранилось», где и почему — «раньше»?

Мосолов, как-то нехотя и с миной — как будто сообщал печальную весть родственникам усопшего:

— В момент смерти вашего батюшки — Императора Александра Третьего…

Тут он перекрестился на икону в углу — я последовал его примеру.

— …На вашем личном счету — только в Лондонском банке, лежало двадцать миллионов фунтов стерлингов.

Невеликие, конечно, деньги… Но, всё равно:

— И…?

— С лета этого года, на счету Вашего Императорского Величества в заграничных банках — в Английском или каком другом, не осталось ни копейки…, — весьма угрюмо, выкатил мне «арбуз» Мосолов.

Так, так, так… Печально то, как…

Быстренько соображаем, куда этот «помазанник» недоделанный, мог впулить столько бабла… Делаем предположение вслух:

— Это вполне объяснимо: во время войны приходится закупать много оружия… Из «фунтов стерлингов» стрелять нельзя, а вот — из пушек, вполне возможно!

Несколько странно, как-то с интересом — как на невиданный фрукт какой, посмотрев на меня, мой Начальник Канцелярии мягко поправил:

— Да, нет же, Государь! Все деньги были потрачены на благотворительность — госпитали и прочие богоугодные заведения[38]…

— Чего…?

Чувствую, что снова умираю и в этот раз — навсегда.

ЧТО??? «БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОСТЬ»…?! ТАК ЕЁ, ЁЁЁ… МАТЬ, МАТЬ, МАТЬ…!!!

Если бы у меня оставалась на лице, хоть какая-то — подобающей длины растительность, я бы тот час бы принялся б её выдирать… А до волос на собственной заднице, мне было — так быстро не добраться… Этот лохопед, всё же — на «посошок», уел меня! Навредил, гнида царская, перед «форматированием»!

Я был в неистовом бешенстве и, это ещё слабо сказано:

«Чтоб, тебя — долбо…ба, в ишака бухарского «вселили», — желал я своему «предшественнику» по телу и по должности, — и каждый день, чтоб тебя, узбеки с таджиками и прочими туркменами «использовали» — не по назначению, олень ты полорогий!»

Не знаю, что там на лице моём отразилось — но слегка прокашлявшись, я с лёгкой улыбкой как можно доброжелательнее молвил:

— «Двадцать миллионов фунтов стерлингов», говорите? Солидная сумма! Надеюсь, теперь все наши раненные православные воины — как они того и заслуживают по праву, едят с серебра, спят на шёлке и, в пижамах и тапочках от «Дольче унд Габанна» — в самоходы за шустовским коньяком бегают!

— Да нет же, в наших госпиталях — даже йода в достатке нет…, — Мосолов недоумённо пожал плечами, потом спохватился, — извините, что Вы сказали, Ваше…?

— Да, нет — ничего…

Нет, ну какая всё же ты тупая падла! Правильно тебя продырявили — жаль только, что всего один раз.

Слегка закатив глазки, я не на шутку размечтался задним числом:

«А, я б купил на эти деньги станки, оборудование, обучил персонал… Построил бы современный завод — может, два или больше… Грузовики, тягачи, гаубицы, броневики, танки, самолёты, автоматическое оружие… Боеприпасов от пуза… ДОЛБАННЫЙ ЙОД, НАКОНЕЦ!!! Раненных и убитых было бы на порядок меньше — вот тебе и, «благотворительность»! Ну, почему — хотя бы на пять лет раньше, меня не «вселили» в этого тупого ублюдка?!».

ПОЧЕМУ?!

Однако, надежда умирает последней! Может, ещё что осталось?

— …Продолжайте, Александр Александрович. Ведь, всем Вами перечисленным — богатство Императора же не ограничивается, ведь верно?

— Если Вы спрашиваете про драгоценности вашей Императорской Фамилии, — слышу, как эхо в тумане, — то их общая стоимость оценивается в сто шестьдесят миллионов рублей золотом.

— СКОЛЬКО?!

Есть всё же Бог на небе: услышал он мои молитвы и насыпал полные карманы ништяков!

— Сто шестьдесят миллионов…

Видимо, на моей физиономии — которую я считал невозмутимой, всё же что-то отразилось — какие-то чувства, поэтому Мосолов тут же поспешно добавил: