Вернись ради меня

Полагаю, ей нелегко, хотя она изо всех сил притворяется, что это не так. Деклан освободил следующие шесть месяцев, чтобы начать отбывать свой срок на ферме.

Братья решили, что, когда условия завещания их отца будут выполнены, они разделят землю на четверти, и, если кто-то захочет получить свою часть, он сможет это сделать, но потеряет права на любые доходы с остальных трех. Когда Деклан, Шон и Джейкоб будут продавать ферму, они разделят ее на три части, поскольку Коннор решил оставить себе свою.

Та часть, на которой мы строимся, просто идеальна. Это любимое место Коннора, и здесь же расположен нелепый особняк на дереве, принадлежащий Хэдли.

Само строительство еще не скоро закончится, ведь фундамент заложили всего месяц назад. Тем не менее Коннор отказался делить дом с Декланом и построил нечто вроде крохотного домика при амбаре, который теперь полностью пригоден для жилья.

– Прости, у меня столько забот.

– А Деклан среди них есть?

Сидни многозначительно смотрит на меня, но я не из тех, кого может напугать ее взгляд.

– Мне нужно разобраться кое с чем, – говорит она.

Подруга явно чем-то расстроена, и я беспокоюсь.

– Сид, ты ведь знаешь, что можешь все мне рассказать.

Она глубоко вздыхает и отводит взгляд.

– Я совершила ошибку.

– Ладно…

– Я… напортачила в те выходные, когда был день рождения Хэдли.

О боже. У меня плохое предчувствие.

– И? – я стараюсь сохранять внешнее спокойствие.

– И я была идиоткой. Я ушла с вечеринки, потому что не хотела быть рядом с Декланом. Я была в ужасном состоянии и не могла прекратить плакать после того, как по радио заиграла наша дурацкая песня. Так что я вышла и пошла к пруду, потому что именно это обычно делают дуры, продолжающие любить бывших. Я стояла там, думая о нем и желая, чтобы все сложилось по-другому.

– Сид…

Она поднимает руку, чтобы я дала ей договорить.

– Это еще цветочки. По-видимому, Деклан чувствовал все то же самое… потому что он тоже пришел к пруду.

Мне больно за нее, потому что я знаю, как сильно она любит его до сих пор. Он был тем самым парнем. Она так и не смогла пережить его потерю, однако все равно не хочет вновь пускать его в свою жизнь. Деклан слишком сильно ее ранил.

– Прошу, скажи мне, что вы не…

– Хорошо, я не скажу.

Ага, все плохо.

– А теперь?

Сидни поднимает на меня глаза, и по ее щеке бежит слеза.

– А теперь мне нужно сделать тест.

Я беру ее за руку и решаю признаться в собственном опасении:

– Мне тоже.

– И ты?..

– Я не знаю, – быстро отвечаю я. – Но у меня задержка, и мы с Коннором были довольно… беспечны, так что все может быть.

Когда мне удалили внутриматочную спираль, мы оба решили, что если это произойдет, то так тому и быть. В конце концов, я всегда хотела еще детей.

– У тебя есть тест? – спрашивает Сидни.

Я как раз купила один из выгодных наборов, потому что принадлежу к тем сумасшедшим, которым нужно по меньшей мере четыре теста, чтобы подтвердить то, что показал первый.

Я киваю, и мы вдвоем направляемся в ванную.

Я ставлю таймер, и мы садимся в столовой. Через несколько минут все решится.

– Не так, ты думала, пройдет обед, да? – вздыхает Сидни.

Я качаю головой:

– Нет, но… Я все понимаю.

– Что мне делать, если он окажется положительным?

Я слишком хорошо помню свои ощущения, когда узнала, что беременна Хэдли. Это было ужасно. Я не была готова стать матерью, но в итоге все как-то получилось.

– Знаю, тебе страшно, особенно потому, что ты одна, но Деклан хороший человек. Он не позволит тебе проходить через это в одиночку.

– Он не должен об этом узнать.

А вот это меня удивляет.

– Ты должна рассказать ему, если это так.

– Когда я буду готова. Не сейчас. Обещай мне, Элли. Ты должна пообещать, что не расскажешь ему или Коннору.

– Я не могу врать Коннору.

Сидни качает головой и хватает меня за руки.

– Ты не понимаешь… – начинает она, но звучит таймер, и мы обе замираем.

– Я ничего не скажу, если он не спросит.

Сидни нехотя соглашается:

– Полагаю, это большее, о чем я могу просить. Но надеюсь, что тест просто будет отрицательным и все это окажется страшным сном.

Я тоже надеюсь на это.

Мы обе встаем, и Сидни первая идет за результатами в ванную. И снова я молюсь, чтобы все было так, как мы хотим. Но прежде, чем я успеваю сходить за своими результатами, заходит Коннор.

– Привет, детка! – он подходит и целует меня.

– Привет.

– Что-то случилось? – спрашивает он, потому что явно заметил, что я словно где-то не здесь.

Я раскачиваюсь на пятках взад-вперед и закусываю губу.

– Случилось? Ничего не случилось, просто хочу в туалет.

Наконец дверь ванной открывается и выходит Сидни с тестами. Она смотрит на меня и качает головой, но я не понимаю, что это значит. Затем она целует меня в щеку и протягивает мне один из них.

Видимо, это мой.

Коннор опускает взгляд и сразу определяет, что у меня в руках. Он смотрит на Сидни, и она улыбается ему.

– Увидимся завтра. Мне пора идти, – бросает подруга.

– Сид?

У нее слезы на глазах, но она ничего не говорит – лишь касается моей руки и выходит прочь. Я стою, провожая ее взглядом и держа тест. Я беспокоюсь за нее.

– Элли? – говорит Коннор. – Это?..