Хоттабыч. О румянец моих ланит, я догадываюсь, какая игра наверняка понравится твоему дедушке — старинное китайское развлечение. В нем тоже есть и размах, и достоинство, о которых упоминал уважаемый Мороз. В эту забаву играл сам император Чум Чун две тысячи пятьсот сорок лет назад.
Снегурочка. А как она называется?
Хоттабыч. «Поймай хвост дракона».
Снегурочка. Как, дракона? Это же ужасный, сильный зверь.
Хоттабыч. Конечно. Но не все так страшно. В Древнем Китае было такое поверье: если дракон может сам себя ухватить за хвост, значит, он еще молод и силен. А поскольку китайский император считал себя сыном дракона, он под Новый год и показывал свою мощь, демонстрировал способность схватить себя за хвост.
Снегурочка. Но ведь император тоже человек! У него же нет никакого хвоста!
Хоттабыч. А он и не нужен. О нектар моих уст!
Снегурочка. Тогда как же он играл?
Хоттабыч. Не менее десятка человек выстраивались в колонну и держали друг друга за пояс. Впереди всех стоял, разумеется, сам император. Он и был головой дракона. А последний человек в колонне был хвостом могучего животного. Голова изо всех сил старалась схватить хвост. Но тот тоже был не промах: он все время норовил увернуться. При этом первая половина колонны помогала голове, вторая — хвосту. Игра продолжалась до тех пор, пока голова не ловила хвост или пока тело дракона неожиданно не разрывалось.
Снегурочка. Разрывалось? Как это?
Хоттабыч. Такое случалось, если кто-то из игроков не смог удержаться за пояс стоящего впереди, — колонна просто разваливалась на части.
Снегурочка. Отлично! Вот это игра! Приступаем!
Снегурочка. Ну, дедушка, что ты скажешь на этот раз?
Дед Мороз. Что сказать? Игра интересная, но у нас драконы не водятся. Правды жизни нет.
Хоттабыч. Я понял, что может порадовать уважаемого Мороза кроме хоровода, от которого он без ума. До сих пор я ведь рассказывал о новогодних играх южных народов. А вам, почтеннейший, наверняка ближе игры народов Севера.
Дед Мороз. Может быть.
Хоттабыч. Я как раз вспомнил новогоднюю игру, которую обожал норвежский ярл Олаф Мохнатое Ухо. Это был настоящий викинг! Я имел честь служить ему восемьсот восемьдесят три года назад.
Снегурочка. И в какую же игру любил играть этот викинг?
Хоттабыч. Его излюбленная новогодняя игра, о сапфир моего сердца, называлась «Снежки и снежинки»!
Снегурочка. Как здорово! Мне эта игра уже нравится. Ведь я больше всего на свете люблю снег! Ну, еще мороженое.
Хоттабыч. Я угощу тебя, чудеснейшая из Снегурочек, самым лучшим мороженым.
Снегурочка. Спасибо. Но только после праздника. Так как же играют в «Снежки и снежинки»?
Хоттабыч. Очень просто. Для этого нужна лишь веревка или длинный пояс. Такой, как у почтеннейшего Мороза.
Снегурочка. Дедушка, снимай скорее пояс!
Дед Мороз. Ну что за бесцеремонность! Ишь, раздеть деда удумала при всем честном народе.
Снегурочка. Дедушка, не упрямься! Ты же не хочешь испортить гостям праздник?
Хоттабыч. А теперь возьмитесь за разные концы этого чудесного пояса и растяните его.
Хоттабыч. К подобному поясу некогда подходили норвежские юноши и девушки и брались за него обеими руками. Причем рука девушки всегда была рядом с рукой юноши. А ярл Олаф стоял сбоку и медленно произносил: «Сне-ж-ж-инки!» Или так: «Сне-ж-ж-ки!» Если он говорил слово «снежинки», это означало, что все девушки должны были снять руки с пояса и отпрянуть от него. А юноши должны были успеть схватить девушек за руки. Когда он говорил «снежки», все происходило наоборот. Нерасторопных игроков из той и другой команды Олаф уводил в снежную крепость, где они ждали окончания игры. Побеждала та команда, которая после проведения десяти конов насчитывала большее количество игроков.