Читаем Видима и свободна. Книга для женщин полностью

Не сравнивайте себя с идеальными фото. Выходите в реальный мир. Побывайте в бассейне или на пляже. Посмотрите, какие люди вас окружают и как они выглядят. Оцените разнообразие тел. Как удивительно, что мы разные; как жестоко заставлять нас вписываться в искусственные рамки, жертвуя здоровым отношением к себе.

[Мне помог] Переезд в Финляндию. Здесь не принято оценивающе пялиться на чужие тела и уж тем более их комментировать. Плюс культура сауны с младенчества знакомит людей с тем, как выглядят без одежды люди разного возраста.


Стараюсь в Сети обращать внимание на женщин с нехудой фигурой: это помогает осознавать себя как одну из таких женщин.


Занятия рисунком и наброски обнажённой натуры, в том числе и с себя, помогли увидеть пластичность, красоту там, где раньше не замечалось, а к условным «недостаткам» типа нос горбатый или живот есть — относиться философски.

Попробуйте не делить тело на удачные и неудачные части, не отмечать в нём достоинства и недостатки. А для этого смотрите не только на других, но и на себя.

Относиться к себе спокойно и нейтрально — это сложно. Я поделюсь с вами способами, которые могут вам помочь.


Безоценочный глаз

Представьте, что у вас появился особый глаз. Он объективен и видит всё таким, какое оно на самом деле.

Посмотрите на себя в зеркало безоценочным глазом. Ничего не оценивайте, просто описывайте. Что вы видите? Скажем, тонкие губы — это факт, а невыразительные губы — оценка. Ямочка на щеке — факт, милая ямочка — оценка. Складка на животе — факт, противная складка — оценка. Какая вы? Что у вас есть? Какие у вас руки и ноги? Какие глаза и улыбка? Какое правое ухо и левый локоть? Какие ногти на ногах? Какие вены на запястьях? Ничего не оценивайте, просто наблюдайте.

Всякий раз, когда вы поймаете себя на оценке тела — своего или чужого, — открывайте безоценочный глаз и спрашивайте: что я вижу на самом деле?

Вообще я очень постепенно, маленькими шажочками, научилась не оценивать и не сравнивать. Помню, как в самом начале этого пути находила в толпе похожих на меня женщин и пыталась смотреть на них с нежностью и любовью. Как на близкого человека. Потом то же самое делала с собой, голая перед зеркалом. Не оценивая, не стараясь найти красивое, а просто с нежностью.

И каждый раз, когда появлялась мысль, что вот красивая девушка, или вот толстая, или вот ещё какая-нибудь, я усилием воли эту мысль прогоняла. Вообще никаких оценок, чистый опыт.

В итоге за десять лет я достигла некоторых успехов.

Инопланетный разум

Представьте себе инопланетянина. Как он выглядит? Как угодно. Может, это огромное светящееся облако газа. Или у него восемь ног и три хвоста. Или он похож на гусеницу, у которой на голове растут грибы. Главное — он совсем не похож на вас.

Для этого пришельца все люди — на одно лицо. Он не понимает, в чём разница между белокожими скандинавами и смуглолицыми африканцами. И уж тем более он не видит, чем отличается «худая» женщина от «полной».

Представьте, что этот инопланетянин пришёл к вам в гости. Он никогда не видел людей. Вы первый человек, которого он встретил. Он хочет знать всё о вашем теле. Как оно устроено? Что оно умеет? Зачем нужны головные волокна? Почему вы не состоите из газа и что за жидкость течёт у вас внутри? Где ваш хвост и как вы без него обходитесь? А если оторвать палец, новый отрастёт?

Однажды я вообразила марсианина, который носит сандалии на плоской подошве, и попыталась объяснить ему, что такое каблуки. Разговор получился такой:

— Земные женщины часто носят обувь с каблуком.

— Каб-Лук? Что это?

— Такой нарост на краю подошвы, где пятка. Бывает длиной с ладонь.

— Чудовищно! Как вы бегаете в такой обуви? Это смертельно опасно. А если за вами погонится марсианский паук? Вы умрёте в его пасти.

— У нас не водятся такие пауки.

— Ваша жизнь полностью безопасна?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
О войне
О войне

Составившее три тома знаменитое исследование Клаузевица "О войне", в котором изложены взгляды автора на природу, цели и сущность войны, формы и способы ее ведения (и из которого, собственно, извлечен получивший столь широкую известность афоризм), явилось итогом многолетнего изучения военных походов и кампаний с 1566 по 1815 год. Тем не менее сочинение Клаузевица, сугубо конкретное по своим первоначальным задачам, оказалось востребованным не только - и не столько - военными тактиками и стратегами; потомки справедливо причислили эту работу к золотому фонду стратегических исследований общего характера, поставили в один ряд с такими образцами стратегического мышления, как трактаты Сунь-цзы, "Государь" Никколо Макиавелли и "Стратегия непрямых действий" Б.Лиддел Гарта.

Карл фон Клаузевиц , Юлия Суворова , Виктория Шилкина , Карл Клаузевиц

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Книги о войне / Образование и наука / Документальное