Викинги. Полная история

Так нападали и оборонялись с одинаковым упорством с обеих сторон до самого декабря. В это темное и холодное время года викинги позволили себе некоторый отдых. Однако же они держали город в осаде: главный их лагерь находился на правом берегу Сены, где, для защиты от нападения, они возвели вал из земли и камня вокруг церкви Сен-Жермен-ле-Ронд. Самые нетерпеливые из них, не вынеся покоя, отправились в набеги по окрестностям: они грабили, жгли, убивали. Короче говоря, делали то, к чему привыкли. Но при этом они прогоняли господ и отдавали их поместья крестьянам, и этим они многих привлекли на свою сторону. Так пробрались они по полям и лесам, через реки и горы, в окрестности Реймса и навели страх на всю Северную Францию.

Фулько, архиепископ Реймский, не стесняясь в выражениях, укорял императора за медлительность и беспечность в защите государства. Самым настоятельным образом он убеждал его спешить на помощь Парижу.

А пока суд да дело, лагерь викингов под Парижем был оживлен активной деятельностью: там строили две крытые телеги невиданной величины: каждая с шестнадцатью колесами и такая большая, что в ней могло помещаться до 60 человек. А еще они соорудили покровы из воловьих шкур, под которыми могли стоять от 4 до 6 человек. Строили также другие осадные приспособления. Плюс день и ночь выпускали новые стрелы и щиты, ремонтировали старые.

После таких приготовлений новая битва началась в конце января 886 года. Нападения викингов были смелыми и упорными. Они шли на приступ под непроницаемой крышей из щитов, однако неумение обращаться с осадными орудиями делало бесплодными все их усилия против высоких валов и крепких стен. Неуклюжие телеги, предназначенные для пробивания стен, застряли на дороге, потому что лошади, их тащившие, возницы и даже сами изобретатели этих «подвижных крепостей» были перебиты стрелами, пускаемыми с башен.

Граф Эд защищает Париж от нападения викингов.

Худ. Жан-Пьер Франк (1837)

И тогда викинги нагрузили две барки поленьями, положили на них множество сухих веток, стащили канатами в воду, зажгли и пустили вниз по течению, чтобы сжечь мосты и лишить башню сообщения с городом. При виде этих «горящих пирамид» многие жители города пали духом и в страхе подумали, что на этот раз все погибло. Но Эд и Гослен все же сумели остановить пылающие барки: под их руководством на них набросали столько камней, что они стали опускаться на дно и быстро потонули.

И все же через три дня викинги сумели разрушить мост и сжечь башню. Потом они попытались взять город приступом, однако их атаку вновь отразили, нанеся им большой урон.

Осада викингами Парижа (885 год). Худ. Пьер Жубер

В то время (это было в феврале) Генрих, граф Саксонский и Гюрингенский, пришел на берега Сены с сильным войском восточных франков. Оно сильно пострадало в походе от дождей и холодов, особенно много было потеряно лошадей, но Генрих доставил много продовольствия, что было очень важно для осажденного города. Он и граф Эд соединили свои силы и решили вместе напасть на укрепления викингов. Но это нападение кончилось неудачно – после жестокого боя викинги отразили соединенные войска. В результате через три месяца, не успев ничего сделать для освобождения Парижа, граф Генрих возвратился обратно.

А потом наступила другая беда – голод. Вместе с голодом начались и повальные болезни. Что же касается викингов, то они были снабжены всем нужным, имели много разного скота и сохраняли его в церкви Сен-Жермен-де-Пре, превращенной ими в скотный двор. Не было также недостатка в оленях и дичи, потому что викинги усердно охотились и безраздельно владели всеми окрестностями.

Между тем Зигфриду наскучила долгая осада, поэтому он договорился с епископом Госленом о значительном денежном вознаграждении для себя с дружиной и удалился на поиски счастья в другие места. Но остальное войско продолжило осаду. Синрик, один из конунгов, дал клятву не оставлять Францию, не доплыв до истоков Сены. Но вскоре он утонул в этой реке с небольшим отрядом викингов – вероятно, потому что его судно было слишком перегружено.

Между тем недостаток съестных припасов в Париже с каждым днем становился все чувствительней. Смертность так сильно выросла, что живые едва справлялись с погребением мертвых. Епископ Гослен, один из храбрейших защитников города, ободрявший павших духом жителей в самые отчаянные моменты и первый во всех битвах, подававший личный пример неустрашимости, «сломался» под тяжестью лишений и умер. Смерть его еще более подорвала мужество парижан: многие из знатных жителей покинули Париж, а бедняки умоляли начать с неприятелем переговоры.