Виктор Черномырдин: В харизме надо родиться

– Слушай, ты же действительно по нефти и газу работал, хоть немного представлял, что это за махины! Почему согласился?

– Неудобно было ребят подводить. Да и научусь как-нибудь…»

Лопухин был человеком совсем не посторонним в нефтегазовой отрасли. И за короткий срок своего пребывания на посту министра принимал вполне грамотные решения. В актив ему можно записать создание проекта закона о недрах, ядра современной системы недропользования в РФ, а также легализацию схемы вертикально интегрированных нефтяных компаний. Более того, Лопухин утверждал, что именно он предложил Вагиту Алекперову, неформальному лидеру «нефтяных генералов», создать эталонную ВИНК – будущий ЛУКОЙЛ.

В общем, грамотный, интеллигентный руководитель.

Только вот на тот момент для отрасли этого было совсем не достаточно…

Положение в экономике было тогда такое, что справиться здесь было чрезвычайно сложно даже многоопытному хозяйственному руководителю, уж тем более не молодому и малоопытному министру.

[Тут надо добавить, что на излете Советского Союза ТЭК был распределен на большое число отдельных сегментов (министерств): атомной энергетики, газовой промышленности, нефтяной промышленности, угольной промышленности, энергетики и электрификации, энергетического машиностроения и т. д. А теперь все это легло на плечи одного Лопухина.]

Я. Уринсон вспоминает, как ЧВС, оценивая одного большого начальника (его фамилия не имеет отношения к теме книги), рассуждал: его недостаток – никогда не был командиром. Ни директором завода. Он из интеллигентной семьи. А на этом посту нужны прежде всего яйца. Так и говорил про некоторых товарищей: парень хороший, но без яиц.

Когда главой Центробанка назначили Т. В. Парамонову, он сразу дал ей высокую по своим меркам характеристику: «баба с яйцами».

Тогда, в мутной неразберихе переходного периода, энергетика представлялась «золотым дном» для тех, кто старался побыстрее сделать деньги.

Лопухин вспоминал о тогдашней ситуации в энергетике: «Надо было успевать в темпе жизни, а это было очень трудно: границ нет, регулятивных норм нет (советские отменены, а российских нет). Выданные квоты и лицензии на экспорт в разы превышают производство – по некоторым позициям (по мазуту, например) – в 8 раз! [Гораздо выгоднее было гнать энергоресурсы на экспорт за валюту, чем продавать их внутри страны за рубли, которые ежедневно обесценивались. – А. В.] На дворе зима, а народ деньги заплатил за все эти квоты и лицензии. Поэтому ты не можешь их аннулировать просто так, но и не аннулировать нельзя: страна замерзает…»

Сложная ситуация в энергетике еще усугублялась настойчивым стремлением реформаторов разделить Газпром. Попытки такого решения на основе общих принципов рыночной экономики и теорий, вычитанных из современных зарубежных учебников, не могли не бесить ЧВС. Создавая Газпром, он ведь сам объездил все ведущие зарубежные компании, осмотрел, ощупал, все выспросил, все проверил. И на основе всего этого выстроил свою компанию. Она представляла собой эффективно работавший механизм, но его зачем-то хотели корежить, ломать. Причем именно в переходный период, когда новая рыночная экономика еще только-только складывалась…

«Прошло немного времени, – вспоминает ЧВС, – и ко мне все наши энергетики обратились:

– Виктор Степанович, ты же у нас вроде первый реформатор в своей отрасли, тебе с ними проще общий язык найти. Выходи на Гайдара! Нужно же объяснить, что если рухнет газ, нефтянка, энергетика, то все рухнет, страна развалится! А “социалка”? Голодные шахтеры без зарплаты, их семьи – там же целые регионы…»

Черномырдин рассказывает, что решил поделиться своей тревогой за судьбу отрасли с Гайдаром. Пытался с ним созвониться. Но не получилось. Однако мне кажется, дозвонись тогда ЧВС до Гайдара, встреться, тот бы не понял его озабоченности. Может быть, конечно, и понял, но тогда, при дефицитном бюджете, «социалка» не являлась приоритетной проблемой…

А вот до Ельцина дозвониться получилось. Тот пригласил его к себе и внимательно выслушал рассказ о ситуации в топливно-энергетическом комплексе. Они были достаточно хорошо знакомы – еще с 1983 года. Ельцин был тогда первым секретарем Свердловского обкома КПСС, а ЧВС – замминистра газовой промышленности и одновременно руководил Тюменьгазпромом, предприятия которого были тогда и в Свердловской области. После назначения ЧВС приехал в Свердловск, представился. В ходе совместной работы – а они встречались, обсуждали, проводили совещания по вводу мощностей – хорошо узнали друг друга.

<p>2.2. Опять министр</p>

«30 мая 1992 года министр топлива и энергетики Владимир Лопухин должен был защищать на заседании правительства свою концепцию реформирования нефтяной отрасли страны.