Виктор Цой и его КИНО

Конечно, я очень хорошо запомнил этот концерт. Хотя бы потому, что мы приехали на «Аквариум», а тут еще и «КИНО». Из всего их выступления мне запомнилась только одна песня – «Ночной грабитель холодильников». Единственная. Все остальное показалось вялым и невразумительным. И самое главное, я помню выходящего после концерта Цоя с гитарой в руках, мы к нему подошли, спрашиваем – ну как? А он так в сторону рукой – «ааа….». То есть было видно, что концертом он не доволен. По крайней мере, так показалось нам со стороны. Поэтому лично я думаю, что считать этот концерт удачным, даже по меркам тех дней, можно только с очень большой натяжкой⁴⁴.

Но, как говорится, нет худа без добра. В процессе подготовки к концерту Алексей Рыбин познакомил Цоя с гитаристом Юрием Каспаряном. А немногим позже между Цоем и Рыбиным возникли разногласия, которые впоследствии привели к их разрыву.

Алексей Рыбин: У нас с Цоем был договор – он занимается всей творческой стороной дела, в которую я не лезу особенно, а я занимаюсь всей административной стороной, то есть договариваюсь там со всеми, ну насчет концертов, привожу музыкантов всяких, а уж Витька сам решает, нравятся они ему или нет, и он, соответственно, не очень вмешивается в эти вопросы. И, в общем-то, сначала все шло очень хорошо. Мы катались в Москву, нас там очень полюбили вроде бы. Я как-то случайно песню написал, «Звери» называется. А толчком ко всему послужила барышня Витьки, Марианна. Всякое дело остается делом, пока не вмешиваются бабы. Так и на этот раз. Цой почему-то включил ее в группу – в качестве гримера, костюмера или там кого еще. Ну что – я ладно. Марианна – член группы «КИНО» – может, это и звучит для нее приятно. Но тут оказалось, что и делить мы теперь будем все на три части – Цою, мне и гримеру-костюмеру. Все конечно тут же пропивалось – я до сих пор не понимаю, зачем им это понадобилось. Ну, так и пошло – «они» и «я». Как ты понимаешь, по многим вопросам я оказывался в меньшинстве. Потом Витьке стало не нравиться, что меня часто просят исполнить «Зверей», потом пошли споры из-за репетиций. Короче, к последнему ленинградскому концерту все уже было довольно скверно⁴⁵.

Из-за всех этих конфликтов и споров Алексей покинул группу. В интервью журналу «Рокси» Алексей Рыбин объяснил свой уход так: «Цой как-то сказал мне: Знаешь, в одной группе не должно быть двух лидеров».

В мае 1983 года в Ленинграде прошел первый в городе, да и вообще в стране, рок-фестиваль. Совершенно революционное по тем временам явление. Несмотря на то, что далеко не все выступления прошли так, как того хотелось музыкантам.

Однако «КИНО» участия в фестивале не принимало – из-за того, что после ухода Рыбина группа практически распалась. Это очень тяготило Цоя, раздражали многочисленные вопросы по поводу того, почему группа не выступает. В какой-то момент Виктор решил выступить один, с гитарой, но немного поразмыслив, решил отказаться от этой затеи.

Виктор Цой: Я думал даже выступить один, под акустическую гитару на фестивале, начал даже готовить программу, но так и не выступил. Как-то смутило, что больше никто не рвался выступать сольно…

⁴⁶

Отсутствие состава хоть и удручало Виктора, но отнюдь не тормозило его творческую работу. Он по-прежнему писал новые песни и выступал на «квартирниках», совмещая творчество и работу, однако размеренный ход жизни и уже выстроенные планы на лето были разрушены в один момент – летом 1983 года про Цоя вспомнила армия. Чтобы не потерять время и творческий потенциал, Виктор решил «откосить». Получение психиатрического диагноза – был единственный в те времена гарантированный «откос» от службы.

И вот, в июле 1983 года Цой с помощью Марьяны расцарапал вены, вызвал «Скорую» и оказался в психиатрической больнице № 2 на набережной реки Пряжка. Цою, ориентировавшемуся на рассказы друзей (уже «косивших» таким способом), о проведенных двух неделях в «психушке», которые со стороны казались веселым приключением, пришлось не сладко. Из-за прихоти врача, пытавшегося вывести Виктора на чистую воду, тому пришлось остаться в дурдоме на долгих 1,5 месяца, а затем выйти оттуда «законным советским психом», по словам Марьяны «почти прозрачным».

Виктор Цой:

Очень в армию не хотелось идти. Как-то не вовремя это было. И настроение не то. В психушке было веселее⁴⁷.

Цой, пришедший в себя после дурдома и продолживший репетиции с Каспаряном, вскоре получил предложение от Алексея Вишни, который, собрав дома небольшую, но довольно приличную студию, решил помочь «киношникам» с записью нового материала. Немного подумав, Цой все же решил сделать демо-запись новых песен, правда, только лишь для того, чтобы дать Каспаряну возможность самому поработать над материалом. Новая запись получила название «Сорок шесть», и быстро разошлась по фонотекам ленинградских любителей рока.

Каспарян, на тот момент имеющий довольно небольшой музыкальный опыт, поначалу смешил рок-тусовку, но потом постепенно начал вписываться в стиль «КИНО», чему Цой очень обрадовался.