Виктор Цой и его КИНО

Известно, что в начале своего творческого пути Цой показывал новые песни Майку Науменко и другим рок-друзьям, ожидая их одобрения или критики. В последние годы он иногда показывал новый материал Кинчеву.

Александр Житинский: Было это семнадцатого февраля восемьдесят девятого года. Я так хорошо помню, потому что это годовщина смерти Саши Башлачева. Я находился в Москве и в тот вечер беседовал с Костей Кинчевым для «Путешествия рок-дилетанта». Мы побеседовали под магнитофон, а потом сбегали в магазин и стали поминать Сашу. И Кинчев все время ставил в кассетник свой новый альбом «Шестой лесничий». Я его тогда впервые слышал. И чем дольше мы сидели, тем больше мне альбом нравился. Вдруг звонит Цой: можно приехать? Костя говорит: приезжай. А было уже часов десять вечера. Цой приехал через полчаса с Наташей, привез бутылку сухого, сам почти не пил. И тоже поставил на кассетник альбом «Звезда по имени Солнце». Его тогда вообще никто еще не слышал. Только что свели. Я стал слушать – и чего-то не покатило. Дело в том, что я очень люблю «Группу крови», а здесь мне показалось, что это повтор. Я слушал, слушал, а песне

на третьей сказал Вите, мол, это не то… Кажется, я даже круче выразился. Смотрю, Костя делает круглые глаза, пинает меня под столом ногой и прикладывает палец к губам, чтобы Витя не видел. Мол, не надо, Цой этого не любит… А сам Витя сидит, желваками двигает, аж побелел. Но ничего не сказал. Ни слова. Но показалось мне, что затаил на меня обиду. Хотя потом, когда я альбом еще послушал, он мне тоже понравился. И я чувствовал себя перед Витей виноватым. Помню, даже подошел к нему на дне рождения Боба, говорил, что не хотел его обидеть³⁴².

По мнению близких, Виктор с интересом выслушивал любое чужое мнение, но ориентировался только на собственное. Его мало интересовало мнение музыкальных критиков, но реакция коллег по цеху всегда была ему интересна, потому что лучше любой другой критики давала представление, удался ли материал. К концу 1989 года конкурентов у «КИНО» уже почти не осталось, разве только Кинчев был один из немногих.

Константин Кинчев: Да ну, как обиделся, не было такой уж вселенской обиды, но да, как-то у меня Цой впервые спел «Звезду по имени Солнце», и Житинскому не понравилась песня. Выразился он, мол, ерунда, но извинился потом за эту оплошность³⁴³.

Александр Титов: Когда я услышал первые пробные записи «Звезды по имени Солнце» – это была даже не прикидка, а первые пробные домашние записи, – я почувствовал, что Витьке очень несладко и по-человечески одиноко. Даже не на бытовом уровне. Что у него было в семейной жизни – мы этого с ним никогда не обсуждали. Бывает, что человек просто скучает без единомышленников, когда вдруг чувствует, что по большому счету то, что говорит, он говорит один. Это плохо. Я почувствовал это по песням.

Мы встретились тогда у Боба. Витька принес запись, мы сели и целиком прослушали весь альбом. Я показал ему хорошие места и сказал, что есть эта тоска, которая меня очень сильно пробирает, до косточек. Действительно, прослушав этот альбом, я долго не мог успокоиться. Но Витька – он же все время отшучивается. Он все понимает, но никому ничего не говорит³⁴⁴.

Для многих поклонников «КИНО» альбом «Звезда по имени Солнце» стал откровением. Мало того, что в одноименной песне Цой словно предугадывал свою судьбу («Он не помнит ни чинов, ни имен, и способен дотянуться до звезд, не считая, что это сон, и упасть, опаленным звездой по имени Солнце»), он еще и показал всем, что «КИНО» кардинально изменилось.

Песня без слов

Песня без слов ночь без снаВсе в свое время зима и веснаКаждой звезде свой неба кусокКаждому морю дождя глотокКаждому яблоку место упастьКаждому вору возможность украстьКаждой собаке палку и костьИ каждому волку зубы и злостьСнова за окнами белый деньДень вызывает меня на бойЯ чувствую закрывая глазаВесь мир идет на меня войной

Песня написана в 1988 году специально для нового альбома. Динамичная песня с четким ритмом стала начальной песней практически всех последних выступлений «КИНО». Как вспоминали музыканты группы, если поначалу (до зимы 1988 года) концерты открывались старым боевиком «Транквилизатор», то после записи альбома стали открываться совершенно новым хитовым номером – «Песней без слов».