Вирусы и эпидемии в истории мира. Прошлое, настоящее и будущее

Название «катаральная (инфекционная) желтуха» для болезни, проявившейся как эпидемия, впервые употребляется в 1912 году в эпидемиологическом исследовании¹⁵. Вскоре после этого Макдональд сформулировал теорию о том, что острая желтая дистрофия, часто обнаруживаемая у пациентов и без желтой лихорадки, вызывалась болезнетворным агентом, скорее всего, вирусом, действующим на уже больную печень. Что очень важно, соответствующая информация была собрана Блюммером¹⁷, который категоризировал протекание болезни у 63 пациентов, пострадавших во время эпидемий, случившихся между 1912 и 1922 годом. Более того, именно ему принадлежали первые изыскания о том, что маленькие дети или молодые люди заболевали через 7–10 дней после контакта с больным желтухой. Эти результаты предполагали передачу инфекции от человека к человеку посредством болезнетворного агента при личном контакте. Было также замечено, что пик заболевания приходился на осень и зиму, когда из-за холодной погоды больше людей находились в постоянном тесном контакте. Однако убедительные доказательства того, что и желтуха, и некоторые заболевания печени вызывались вирусом, были получены во время Второй мировой войны и вскоре после нее благодаря как эпидемиологическим исследованиям, так и проведению экспериментов над добровольцами^19–23. Более 300 000 служащих войск США были вакцинированы против желтой лихорадки в 1942 году перед отправкой их в регионы, где эта болезнь процветала. И все же у 50 000 вакцинированных вскоре проявились симптомы болезни, включая и 29 000 с очевидными признаками желтухи. Эта вспышка была тщательно расследована, и в итоге был сделан вывод, что запасы сыворотки, используемой для стабилизации вакцины, были заражены HBV. Этот случай представлял собой самое крупное в истории и самое хорошо задокументированное изучение эпидемии, вызванной вакциной²⁴. Позже, когда стала доступна диагностика вирусов гепатита, отдельные представители зараженных были протестированы, чтобы определить, какой именно болезнетворный микроорганизм находился в сыворотке, заразившей вакцину против желтой лихорадки в 1942 году. Обследованы были 597 ветеранов, служивших в армии в 1942 году. Первая группа состояла из тех, кто был привит вакциной против желтой лихорадки и у кого проявились клинические признаки желтухи. У 97 % этой группы были обнаружены антитела к HBV. Другая группа была вакцинирована от желтой лихорадки, но желтуха у них клинически диагностирована не была. В этой группе у 76 % оказались антитела к HBV. Третья группа получила новую вакцину против желтой лихорадки без стабилизирующей сыворотки. Ни один человек из этой группы не заболел желтухой, а антитела к HBV были найдены только у 13 %. Эти данные указывали на то, что вакцина против желтой лихорадки, использованная в 1942 году, была контаминирована вирусом гепатита B – HBV²⁵. Исследование также демонстрировало, что антитела, выработанные к HBV, оказывается, существуют в организме длительное время. Проведенное в итоге контрольное обследование солдат, прошедших в 1942 году вакцинацию против желтой лихорадки, должно было выяснить, привело ли заражение HBV к состоянию, когда происходит постоянная репликация вируса, а также к высокому риску развития первичного (операбельного) рака печени²⁶. Когорту из 69 988 ветеранов американской армии, получивших в 1942 году зараженную HBV-вакцину^24,25, сравнили с группой ветеранов, не привитых в тот год, но у которых была диагностирована гепатоклеточная карцинома. Первая группа состояла из тех, кто был госпитализирован с гепатитом в 1942 году. Во вторую группу входили те, кто прошел в 1942 году вакцинацию, но у кого не проявились клинические признаки болезни, то есть у них инфекция проходила бессимптомно. Третья группа была контрольной и включала тех, кто вакцинирован не был. Результаты показали значительное повышение заболеваемости раком печени, вызванным вирусом гепатита B.