Витамания. История нашей одержимости витаминами

На протяжении прошлого столетия, с момента открытия витаминов до разработки пайка MRE, мы многого достигли в стремлении понять тонкости пищевых потребностей человека. Сегодня мы знаем, как предотвратить авитаминозы, мы обогатили пищу добавками, чтобы полностью защититься от них. Мы знаем, как производить синтетические витамины тоннами. Как наши исторические предшественники, мы надеемся, что если продолжим расщеплять пищу на все более мелкие частицы, то в конце концов взломаем «код» питания человека. Мы вынуждены заниматься этой проблемой не только из нашего простого человеческого любопытства, но и потому, что надеемся найти простой и легкий способ стать совершенно здоровыми.

Но раскрывать тайны питания человека — это все равно что чистить луковицу: чем больше слоев вы снимаете, тем больше слоев обнаруживаете внутри. Недостатки пайка MRE и неопределенность касательно самой РНП показывают, что даже спустя сотню лет экспериментов с синтетическими рационами и исследованиями витаминов мы так и не научились создавать идеальное питание искусственным путем. Природа слишком сложна. Действительно, возможно, это в принципе невыполнимая задача, а может, мы просто упускаем из виду нечто важное?

Этот вопрос касается не только пайков MRE, но и детского питания: вспомните многочисленные обогащенные каши для завтрака, питательные батончики, поливитамины для детей и многие другие искусственно созданные продукты, с которыми мы сталкиваемся каждый день. Мало того, столь привлекательная, на первый взгляд, идея, что мы можем точно узнать, какие химические соединения нужны конкретному человеку (а также в каком количестве и в какой комбинации), на деле оказывается наивной (и амбициозной): химики, разрабатывавшие искусственное питание на рубеже XIX и XX веков, не добились успеха, потому что ничего не знали о витаминах. Не исключено, что, как и наши предшественники, мы не учитываем воздействия важных компонентов, которые содержатся в продуктах и которые пока еще не известны. Открытие витаминов — это, несомненно, одно из величайших научных достижений, однако история их победного шествия напоминает нам, что самым важным в науке о питании является не то, что мы знаем, а то, чего мы пока не знаем.

Глава 10Новая веха в науке о питании

В вопросе о связи питания и здоровья мы пока коснулись лишь поверхности.

Вальдемар Кемпферт «Что мы знаем о витаминах» New York Times Magazine, 1942

Однажды днем, когда моя работа по изучению витаминов уже подходила к концу, я стояла в поле в Калифорнии и жевала лист люцерны. Со стороны сцена наверняка казалась пасторальной, но моя цель была сугубо научной: я пыталась проникнуть в область исследований, которая на сегодняшний день, подобно изучению витаминов на рубеже XIX–XX веков, символизирует новую веху в нутрициологии.

Люцерна используется в производстве компании Nutrilite, которая специализируется на пищевых добавках растительного происхождения и годовой доход которой составляет приблизительно 4,7 миллиарда долларов[540]. Основное направление деятельности компании — извлечение химических соединений из растений и включение их в БАДы. Я хотела получить тот же экстракт, что и они, — не потому, что полагала, что мы все должны употреблять люцерну в таблетках, а потому, что была заинтригована философией питания Nutrilite (и, соответственно, их бизнес-моделью). Это подход, который основан на уважительном отношении к тайне растений.

Как и все живые организмы, люцерна полна химических веществ, которые могут воздействовать на здоровье человека. В случае растений эти вещества называются «биоактивные фитохимические соединения» (phyto — от греч. «растение»). Большая часть витаминов — это фитохимические соединения. Как мы уже отмечали, многие витамины делают для растений то же самое, что и для нашего организма[541], и единственными витаминами, которые растения не могут вырабатывать, являются D, A и B₁₂. (Также стоит отметить, что в продуктах животного происхождения содержатся все витамины в приемлемых дозах, кроме витамина C.)