Византия. Удивительная жизнь средневековой империи

Благодаря истории Прокопия мы располагаем подробным описанием одного известного народного развлечения. Артисткой была Феодора, родившаяся в 497 г. Некоторые историки считают, что рассказ не обоснован и имеет целью опорочить ее. Но ведь императору пришлось изменить закон, чтобы сделать ее своей супругой, значит, она, вероятнее всего, происходила из семьи, занимавшей низкое положение, даже если она не выступала в том качестве, в каком описывает Прокопий. Его рассказ показывает, как «голубые» и «зеленые» устраивали народные развлечения, описывая различные действа, которые должны были выполнять артисты: отец Феодоры – Акакий, судя по всему, был «медвежатником», который заставлял зверя танцевать или драться во время разных представлений. После его смерти жена попыталась найти себе другого мужа из числа «голубых», но не имела успеха. Тогда она решила использовать дочерей.

Феодора, как утверждают, «не умела ни играть на флейте, ни на струнных инструментах (роли, изображенные на основании обелиска на ипподроме), тем более не отличалась в танцах, но умела она только первому встречному продавать свою юность и красоту, служа ему всеми частями своего тела. Затем она стала выступать с мимами во всех театральных представлениях, принимая участие во всех их постановках, там, где требовалась ее помощь, чтобы вызвать смех шутовскими выходками. Она была исключительно изящна и остроумна. Поэтому она, когда была на сцене, тотчас обращала на себя всеобщее внимание». Этот тип развлечений отличался от номеров театральных танцоров, которые воссоздавали на сцене истории из древних греческих мифов в мимических композициях под музыку. Феодора прославилась в более низменных развлечениях, чем, вероятно, и привлекла внимание племянника императора, Юстиниана, разделявшего, судя по всему, ее вкусы. Как только закон был изменен, Юстиниан немедленно на ней женился. Феодора стала его супругой, а впоследствии и императрицей. Позднее я расскажу о ее роли и знаменитом портрете в Равенне.

Римская политика «хлеба и зрелищ» со временем развилась в христианскую – «суп и спасение». Церковь попыталась смирить народную страсть к бегам, пари и всему тому, что она считала непристойными развлечениями. Театральные постановки древнегреческих пьес постепенно прекратились, а театры и одеоны – весьма заметная черта древних городов – становились источниками строительных материалов. Они быстро разрушались, а места, где они стояли, стали ассоциироваться со злыми духами. Некоторым древним статуям приписывались пророческие качества. В общем, для христиан от всего этого мог быть только вред. Церковь яростно атаковала и городские традиции, такие как бани, и сельские, к примеру праздник сбора винограда, одновременно пытаясь обуздать аморальное и неприличное поведение. Но ей так и не удалось отвлечь византийцев от их страсти к зрелищам на ипподроме.

«Голубые» и «зеленые» – организаторы скачек – имели и более серьезные обязанности. Они приветствовали императора, когда он находился в императорской ложе на ипподроме, куда он мог войти прямо из дворца. У этой ответственности был и политический аспект. Отдельные лица или группы использовали фракции для выражения своего недовольства. Во время театральных действ, следовавших за обязательным приветствием, «голубые» и «зеленые» могли выкрикивать критические замечания, например относительно высоких цен. В дебатах VI в. зафиксировано осуждение отдельных практик, а также ответа императора, данного через главного управляющего – praipositos. Некоторый потенциал политического недовольства был привнесен в общее пространство ипподрома, где имелась возможность его контролировать. Таким образом можно было озвучить обиды на коррумпированных чиновников и возмущение высокими налогами. Тем не менее ипподром не считался местом для настоящих серьезных дебатов: автократическая природа византийского правления такого допустить не могла.

Он на самом деле был местом для волнующих публичных зрелищ, к которым пристрастились все классы византийского общества, включая императора. Иногда правитель даже лично участвовал в гонках колесниц: в IX в. партии были проинструктированы позволить императору Феофилу (829–842), надевшему цвета «голубых», выиграть. Партии также устраивали частные развлечения для императорских гостей во дворце. В них нередко участвовали хоры городских церквей. В X в. долгие пиршества оживлялись танцорами, выступавшими под звуки гидравлических органов. «Зеленые» и «голубые» также устраивали выступления гимнастов и акробатов, а также другие цирковые зрелища, иногда на верблюдах или проволоке, натянутой высоко над ипподромом. Все это неизменно приводило в восторг гостей Константинополя.