В конце концов, разве не прекрасно, что в мире есть люди, способные так глубоко чувствовать красоту заката, так искренне радоваться успехам друзей, так страстно отстаивать справедливость? Экзальтанты напоминают нам, что жизнь – это не череда серых будней, а удивительное приключение, полное ярких красок и глубоких чувств.
Для начала совершим экскурс в психофизиологию. В основе эпилептоидности лежит вязкая, возбудимая, энергетически слабая нервная система. Кору головного мозга образуют от 9 до 14 миллиардов нейронов, и если она повреждена (например, при прохождении ребенком родовых путей), то недоразвитые нейроны начинают работать значительно медленнее, чем их здоровые «собратья»: не только снижается их быстродействие, но и уменьшаются объемы памяти.
В измененных участках коры головного мозга такого человека накапливается и застаивается возбуждение, происходящее из-за большого потока информации, которую мозг не в силах обработать, и образуются так называемые пробки. Возбуждение начинает захватывать и соседние участки мозга. И если оно не находит адекватного выхода в виде разрядки, серьезного мозгового штурма (или другой разрядки с помощью мышечного или интеллектуального действия), то перерастает в раздражение. В свою очередь, достигая пика, раздражение прорывает заслон самоконтроля и вырывается наружу вспышкой агрессии, словесной или физической.
Эта структура (возбуждение → появление раздражения → накопление раздражения → проявление агрессии) не зависит от человека, он не властен над своими немотивированными вспышками агрессии. Они напоминают немотивированные приступы мышечных судорог у больных эпилепсией. Отсюда и сходство названий. В основе эпилептоидного психотипа лежит тенденция, которая называется «разрушение»,– поведение, призванное разрушить барьер, который препятствует удовлетворению важных для эпилептоиода потребностей.
Базовая эмоция эпилептоида – гнев, основное поведение – нападение. Нужно понимать, что перед эпилептоидом, который плохо справляется с входящими информационными потоками, стоит одна задача: выжить! Поэтому он бьет первым всегда, когда чувствует гипотетическую опасность. На бессознательном уровне основой эпилептоидного типа является тревога, постоянные переживания о надвигающейся опасности, и таким поведением человек данного типа скрывает свою неспособность соответствовать требованиям окружающего мира.
Девиз эпидептоида: «Напади на это, чтобы это не напало на тебя». Он не может быстро мыслить, обрабатывать информацию, поэтому ему проще напасть на все то, что либо непонятно, либо может быть слабым. После вспышки гнева эпилептоид погружается в полную апатию и безразличие и практически ни на что не реагирует.
Внутренние условия:
– нервная система: слабая, вязкая, возбудимая;
– поведенческий стереотип: поток информации → застой возбуждения → раздражение → агрессия;
– базовая эмоция: гнев;
– базовое поведение: нападение.
Психолог Роберт Плутчик и нейрофизиолог Яак Панксепп называют базовую эмоцию эпилептоида не «гнев», а «раж» – возбуждение с негативным оттенком. По их мнению, эта глубинная эмоция возникает, когда перед таким человеком возникает препятствие. Именно это общее негативное возбуждение организма и готовность его к борьбе помогают человеку преодолеть любые препятствия, выжить в социуме.
Хотите почувствовать себя «в шкуре» эпилептоида? Представьте, что вас связали, вы лежите неподвижно на полу. Через какое-то время у вас обязательно наступит психологический дискомфорт, вы начнете совершать хаотичные попытки избавиться от пут, вас наполнит ярость, которая придаст силы и желание напасть на все и вся, что сдерживает ваше тело. У вас будет только одна мысль: вырваться.
Рассмотрим, как эмоция гнева будет проявляться в различных ситуациях (см. рисунок далее).
Самое первое, что с помощью гнева из чувства самосохранения делает эпилептоид,– нарушает рамку взаимодействия «мы», устанавливает противопоставление (диссоциирует человека): «ты – я, вы – они, мы – вы, и ничего общего между нами быть не может». «Мы с тобой не одной крови!» Так работают нейроны эпилептоида, от которых зависит стратегия его мышления. Используя диссоциацию, эпилептоид выживает и адаптируется в мире.
Диссоциация – механизм психологической защиты, благодаря которому человек начинает воспринимать происходящее с ним так, будто оно происходит не с ним, а с кем-то посторонним. Такая позиция защищает организм от избыточных, непереносимых эмоций.