Вкусно! Кулинарные путешествия со знатоком

Хотите попробовать блюда того места, которое и сейчас называют последним раем на земле? Тогда поговорим о том, о чем каждый мечтает с детства, – о загадочных и далеких островах. Более того, у этих островов вполне кулинарное название. Конечно, никто в годы Великих географических открытий не собирался восхвалять подобным образом поваров – просто открывший их Джеймс Кук проявил определенный уровень подхалимажа, назвав их в честь своего непосредственного начальника, первого лорда Адмиралтейства, морского министра. Так уж получилось, что он был не военный моряк, а тусовщик какой-то, пропадал за картами днем и ночью и не хотел отрываться от ломберного стола даже на перекус. А чтобы есть, не выпуская карт из рук, и заодно не получить подсвечником за то, что оставляет на рубашках карт жирные следы, он прикрыл бутерброд вторым кусочком хлеба. Именно так английский аристократ сэр Джон Монтегю оставил в кулинарии свой титул – лорд Сандвич. А земля, которую на свою голову во исполнение инструкций лорда Сандвича открыл Джеймс Кук, была названа им Сандвичевыми островами, но как только выяснилось, что сандвичами там не питаются, их снова начали называть так, как с давних времен называли их сами жители этих островов, – Гавайи, или Гавайские острова.

Готовим антрекоты по-гавайски!

Начнем с того, что возьмем 4 антрекотика. «Антре кот» – между ребрами. Так переводится с французского название этого мягкого и нежного кусочка, одного из немногих, по-настоящему пригодных для жарки. Посолим, поперчим, отобьем и обжарим с двух сторон на сковородочке. По 3 минуты на стороне, чуть-чуть, и учтите, что блюдо это не такое уж древнее – во времена Джеймса Кука гавайцы таким лакомством насладиться не могли. Ни быков, ни баранов на Гавайских островах в ту пору не было. Практически только два источника мяса знали островитяне: первый – вечная спутница человека – свинья, а второй… ну, о втором – особый разговор. Второй гавайцы называли «длинная свинья», и что это такое, Джеймс Кук изведал после кончины. Помните песню Высоцкого? Вот-вот – именно то, что вы подумали. Вплоть до того, что к национальному герою Гавайев, объединителю страны королю Камеамеа Великому, заставившему считаться с собой даже Англию и Францию, послов выбирали не только вежливых и дипломатичных, но еще и худых – так, на всякий случай, от греха подальше… И не думайте, что гавайцы такие уж дикие, свирепые и отсталые – не Камеамеа первый, не он же последний.

Несчастная жертва жестоких конкистадоров император Монтесума в 1506 году пообедал самыми вкусными кусочками одиннадцати побежденных им вождей, так что ничего удивительного нет в том, что все прочие жители Мексики вместо того, чтобы храбро защищать законного монарха Мон-тесуму от чужеземных захватчиков, наперебой помогали им чем могли, вплоть до воинской силы, чтобы избавиться от этого гурмана. Мадагаскарская королева Ранавалона еще в конце XIX века приказывала отпаивать маленьких деток молоком буйволиц, потому что очень их любила – правда, не целиком, только запястья, причем по возможности жареные. А царствующий еще в 70-е годы XX века централь-ноафриканский император Бокасса без консервов из человечины (он называл их «своими сардинами») и в государственные визиты не ездил, в том числе и в СССР. Его сын вспоминает, как он делился впечатлениями от поездки, особо отмечая, что Брежнев очень упитан, – он и начальник его охраны повторили это несколько раз, многозначительно хихикая. Зато уж проблему борьбы с оппозицией Бокасса решал без излишнего парламентаризма – все мало-мальски заметные оппозиционеры в один прекрасный день оказывались в огромной духовке, фаршированные рисом и с лимоном в попке – для более нежного аромата. По сравнению с ним какой-нибудь угандийский вождь Иди Амин, просто выпивающий с утречка стакан человеческой крови вместо утреннего кофе, кажется безоглядным гуманистом – кто хочет, может верить, что кровь донорская… Так что не придирайтесь к гавайцам, «другие не лучше», как гласит популярная в многих странах надпись на зеркале.