Владетельные князья Владимирских и Московских уделов и великие и удельные владетельные князья Суздальско-Нижегородские, Тверские и Рязанские. Великие

Даниил Васильевич, относящийся к VII колену князей Стародубских, может еще считаться самостоятельным князем, так как по сравнению с другими представителями рода князей Стародубских можно указать только на VIII колено (Федор Данилович), с которым прекращается самостоятельность князей Стародубских вообще и, в частности, Пожарских: потомки Андрея Федоровича в VIII колене являются или вотчинниками с собственными прозвищами по вотчинам, как, например, князья Кривоборские, Льяловские и проч., или слугами московского государя, как, например, внуки Ивана Андреевича Ряполовского.

Не лишним считаем указать здесь на родословие знаменитого в нашей истории князя Димитрия Михайловича Пожарского. Он относится к младший ветви князей Пожарских, во главе которой стоит Иван-меньшой Федорович, по прозванию Третьяк, пятый сын Федора Даниловича. У Ивана Федоровича был внук Михаил Федорович, бывший стольником при Иване Грозном. Этот Михаил и есть отец Димитрия Михайловича[544].

Князья Ряполовские

Иван АндреевичXIV–XV вв

Иван Андреевич, по прозванию Нагавица, третий сын Андрея Федоровича, князя Стародубского, был первым князем Ряполовским, получившим прозвище от Ряполовского стана в Суздальском уезде, данного ему в удел[545]. Он известен только по родословным, из которых видно, что он имел четырех сыновей: Ивана, Семена, прозванием Хрипун, Димитрия и Андрея, прозванием Лобан.

Передаем те известия, которые дошли до нас о детях Ивана Андреевича.

а) Иван Иванович. Когда Василий Васильевич Темный был схвачен в Троицком монастыре в 1446 г. сторонником Димитрия Шемяки Иваном Можайским, приближенные великого князя скрылись с его детьми Иваном и Юрием, а потом бежали к Ивану Ивановичу Ряполовскому в его село Боярково близ Юрьева. Иван Иванович вместе с младшими братьями Семеном и Димитрием уехал с великокняжескими детьми в Муром. Шемяке хотелось и детей великого князя захватить в свои руки, но он боялся применить силу, потому что «вей люди негодоваху о княжении его», и не только негодовали, «но и на самаго мысляху». Наконец, при посредстве будущего митрополита Рязанского владыки Ионы Шемяка достиг своей цели: 6 мая 1446 г. дети великого князя были доставлены к нему в Переславль, откуда он отправил их в заточение в Углич к отцу. Видя вероломство Шемяки, Ряполовские решились на попытку освободить великого князя; к ним примкнули Иван Васильевич Стрига-Оболенский, Иван Ощера с братом Бобром и многие дети боярские. Они условились собраться под Угличем в Петров день. Некоторые явились в условленное время, но о планах Ряполовских Шемяка узнал, и они не могли идти к Угличу, а пошли за Волгу к Белоозеру. Посланные на них Шемякой Василий Вепрев и Федор Михайлович не смогли одновременно, как было условлено, сойтись в устье Шексны, куда первым явился Вепрев. Узнав об этом, Ряполовские ударили на него, побили при устье Мологи и через Новгородскую землю пошли в Литву на соединение для совместных действий против Шемяки с Василием Ярославичем, князем Боровским[546]. О том, как князья Ряполовские пришли потом из Литвы на выручку великого князя, мы уже говорили при обозрении княжения последнего.

б) Семен Хрипун, Димитрий и Андрей Лобан Ивановичи. О братьях Ивана Ивановича дошли следующие сведения. Семен и Димитрий вместе со старшим братом Иваном спасли детей Василия Темного. Кроме того, Димитрий упоминается еще в договоре Темного с Шемякой 24 июня 1440 г.: Юрьевичи обязываются, в частности, возвратить, что взяли «нынешним приходом» у великого князя, его матери, его князей, бояр и детей боярских. «А что яз князь великии, — говорится затем, — взял на поручьнике на княже на Дмитриеве на Ряполовскаго на Петре пятьдесят рублев, и то ми отъдати»[547]. Кроме того, среди воевод, которых великий князь в 1459 г. посылал на Вятку и которые взяли тогда два города, Орлов и Котельнич, упоминается князь Ряполовский; но разные летописи называют разных братьев: одни — Семена, другие — Ивана, третьи — Димитрия[548]. Что касается младшего из братьев, Андрея, по прозванию Лобан, в летописях сохранилось одно известие, что он убит 5 декабря 1438 г. в бою под Белевом с татарами изгнанного из Орды хана Ахмата[549].

Димитрий и Андрей Ивановичи не оставили потомства, а дети старших братьев стояли уже в рядах московского боярства. Внук Ивана Андреевича Нагавицы, второй сын Семена Хрипуна, Федор-меньшой, по прозванию Стрига (умер в 1498 г.), был основателем особой ветви князей Стригиных. Это тот самый Федор Семенович, который побил казанских татар на берегу Волги 4 июня 1469 г.[550] Из детей старшего брата Федора, по имени также Федор, Иван-большой, по прозванию Хилок, и Иван-меньшой, по прозванию Тать, стали зачинателями особых княжеских фамилий: князей Хилковых, еще существующих, и угасших князей Татевых.

Князья Палицкие

Давид АндреевичXIV–XV вв