Владимир Высоцкий… и его «кино»

«Я познакомился с Высоцким после съёмок “Увольнения на берег”. В Севастополе у нас была в картине одна сцена – танцы в клубе, в которой участвовали все, в том числе и он, и я. Но на тот момент Высоцкий ещё был совершенно не известный никому человек. Мы с ним познакомились, когда летели вместе в Москву. Он сам ко мне подошёл. Его интересовал в основном вопрос трудоустройства. На тот момент он был не в театре, из Театра имени Пушкина ушёл, на Таганку ещё не приняли. Он меня расспрашивал о работе штатного актёра “Мосфильма”. Ну я ему рассказал, что это за работа… Сказал, что иногда могут и приказать сниматься в картине, в которой ты сниматься не хочешь, могут и послать сниматься туда, куда не хочешь лететь… Володю, как я понимаю, этот рассказ в немалой степени разочаровал». [7]

И всё же трудности трудностями, а юность брала своё, и молодой артист Высоцкий развлекался и веселился. Море, солнце, красивые девушки вокруг. Много ли надо для счастья в 23 года?

«Вот как сейчас помню: Володька в какой-то выгоревшей маечке сидит на парапете и поёт что-то, – рассказывала мне А. Шенгелая. – Пел он не свои песни, по-моему, до своих он тогда ещё не дорос. Как мне помнится, это были песни Окуджавы. Что вам сказать? Очаровательный был парень, золотой просто парень. Не могу сказать, что мы дружили, но хорошо друг к другу относились. Все мы были очень молодые, очень бедные, и всё у нас было весело и прекрасно. Жили в Севастополе, снимались, купались в море, загорали. В общем, всё было нормально. У нас были прекрасные поверхностные отношения, когда два человека не имеют друг к другу ни претензий, ни мыслей каких-то задних, а просто радостно встречаются и потом тут же разбегаются по своим делам.

Рабочий момент съёмок. Ариадна Шенгелая и Лев Прыгунов