Влияние морской силы на историю 1660-1783

В тактическом отношении сражение представляет некоторые интересные черты и дает один вывод, который имеет живой интерес еще и в наши дни. Кеппель был под ветром и желал принудить противника к бою; с этою целью он сделал сигнал общей погони, чтобы лавировкой его быстроходнейшие корабли могли догнать самые медленные корабли неприятеля. Если допустить, что эскадренные скорости противников были равны, то такой маневр надо признать совершенно правильным. Д'Орвилье, будучи на ветре, не имел намерения сражаться иначе, как на условиях, какие сам найдет выгодными. Как обыкновенно бывает, флот, действовавший наступательно, достиг своей цели. На рассвете 27-го числа оба флота были на левом галсе, лежа на вест-норд-вест, при ровном ветре от зюйд-веста (план IX, А, А, Л)[113]. Английский арьергард (R) упал под ветер[114], и Кеппель поэтому сделал сигнал шести своим кораблям выбраться на ветер так, чтобы они могли занять лучшее положение для поддержки главной части флота, на случай, если бы он смог добиться боя. Д'Орвилье заметил это движение и истолковал его как намерение атаковать его арьергард превосходными силами. Так как тогда враждебные флоты были в расстоянии от 6 до 8 миль друг от друга, то он повернул всем своим флотом через фордевинд, последовательно (французы от А до В), вследствие чего упал под ветер, но приблизился к неприятелю и мог теперь лучше видеть его (позиции В, В, В). Пока он исполнял эту эволюцию, ветер отошел к югу, благоприятствуя англичанам; тогда Кеппель, вместо того, чтобы повернуть на другой галс, остался на прежнем курсе еще полчаса (англичане от В до С) и затем повернул всем флотом вдруг и лег на одинаковый с французами курс. Это укрепило подозрения д'Орвилье, и так как ветер, бесспорно благоприятствовавший в это утро англичанам, теперь опять отошел к западу, позволив им нагнать французский арьергард, то он повернул через фордевинд, также всем флотом вместе (от В к С), приведя таким образом остальные суда на помощь арьергарду, теперь сделавшемуся авангардом, и помешав Кеппелю сосредоточить нападение на нем или прорвать его. Враждебные флоты прошли друг мимо друга контр-галсами[115], обменявшись безрезультатными залпами, — французы на ветре и имея возможность атаковать, по не воспользовавшись ею. Д'Орвилье тогда сделал сигнал своему авангарду (прежнему арьергарду) повернуть через фордевинд, пройдя под ветер английского арьергарда, — который был под ветром же у главной части своего флота, намереваясь сам остаться на ветре и таким образом атаковать упомянутый арьергард с двух сторон; но командовавший французской дивизией, принц королевской крови, не послушался, и возможное преимущество было потеряно. Англичане пытались сделать такой же маневр. Адмирал авангарда и некоторые из его кораблей повернули оверштаг, как только вышли из сферы огня (В)[116], и последовали за французским арьергардом; но большей части кораблей повреждение такелажа воспрепятствовало поворотить оверштаг, а поворот через фордевинд был невозможен по причине приближения к ним других кораблей с кормы. Французы спустились затем под ветер и снова построили линию, но англичане были уже не в таких условиях, чтобы решиться на атаку. Этим и окончилось сражение.

Было уже упомянуто, что это безрезультатное сражение представляет некоторые интересные черты. Одна из них — это полное одобрение поведения Кеппеля показаниями, данными под присягой перед морским судом одним из замечательнейших английских адмиралов, сэром Джоном Джервисом (John Jervis), который командовал кораблем в рассматриваемом сражении. Едва ли, в самом деле, Кеппель мог сделать более, чем сделал; но недостаток понимания им тактики выказался любопытным замечанием в его защиту. "Если бы французский адмирал действительно думал вступить в бой, — сказал он, — то, я полагаю, он никогда не расположил бы своего флота на галсе, противном тому, которым приближался британский флот". Это замечание могло только происходить от неведения или от непонимания опасности, которой подвергался бы в таком случае арьергард французского флота, и еще более интересно потому, что Кеппель сам сказал, что его флот приближался к противнику. Кеппель, кажется, полагал, что французы должны были ждать его в линии фронта и затем вступить в бой, корабль против корабля, что по его мнению предписывали традиции доброго старого времени, но д'Орвилье был слишком хорошо образован как моряк, чтобы быть способным на такой образ действий.