Внимание! Муж-волшебник или куда приводят мечты.

— Игры?! Повод?! — возмутилась я. — Меня похитили Базианы, я провалилась под лёд, чуть не умерла, меня спас азгарн и отогревал в лесной избушке посредством себя. А потом да, заявил, что женится на мне, чтобы каждый раз из лап родственников Влада не спасать!

— Отогревал «посредством себя» — это как? — обманчиво-спокойным тоном поинтересовался теперь уже не Первый советник.

— Сексом, батенька, сексом!

— И как? — голос атана стал ещё спокойнее, и лицо выражало лишь вежливый интерес.

— Ну, как тебе сказать, когда ты полутруп и в сознание тебя приводят болью, не давая заснуть, то впечатления остаются смазанными. Считаешь, стоит повторить? — вспыхнув, язвительно поинтересовалась я.

— Убью!

— Кого? — с вызовом спросила у него. Вины за собой не чувствовала. Бог с ними, с методами азгарна, главное, что я жива.

— Его. За каждую твою слезинку, — рублеными фразами ответил аттан, а потом прижал к себе так, что у меня затрещали рёбра. — Прости, — выдохнул мне в макушку.

— За что?

— Что не спас. Ты меня второй раз из лап смерти вырываешь, а меня не было рядом, когда я был тебе нужен.

— Что с тобой произошло? — сменила тему я.

— Наёмники. Не рассчитал количество желающих меня убить. Три группы решили объединить усилия, и их оказалось слишком много на меня одного. Вика, — приподнял он мой подбородок, я не спрашивал тебя тогда, но спрошу сейчас. Ты согласна на ритуал?

— Да, — решилась я. Хотя что там решать? Это единственная возможность удержать азгарна на расстоянии.

— Тогда проведём его прямо сейчас.

Аттан приподнял рукав, обнажая белый браслет из крупных квадратных пластин. Что-то нажал на нём и как фокусник достал из воздуха знакомую нефритовую чашу и нож. Завернул ковёр, освобождая место на полу.

— Разувайся, сними чулки, обнажи запястья, — прозвучавшие слова вернули меня в прошлое.

— И не мешай, — улыбнулась я. Ридгарн бросил на меня быстрый взгляд, и уголки его губ дрогнули.

Я выполнила все указания, а потом протянула ладонь. Порез — и кровь полилась в чашу. Залечив мне рану, аттан проделал ту же операцию себе, и тоже залечил порез.

— Вика, расслабься и доверься, — напутствовал меня. Кивнув, я закрыла глаза. На этот раз с доверием проблем не было. Между нами столько всего произошло, что для меня он стал родным и, вопреки прошлому обману, верила я ему безоговорочно.

Полились слова заклинания, и нож стал рисовать узоры на моём теле. Я расслабилась, доверяя ему себя.

— Открой глаза, — неожиданно приказал аттан, и обнял меня за талию. Странно в прошлый раз мне казалось, что ритуал длился дольше.

— Всё?! — удивилась я. На руках увидела узоры, но они не впитались. Неужели не вышло?! — Я хотела этого, я тебе верю! — растерянно воскликнула я.

— Знаю родная, знаю, — обнял меня. — Остался ещё последний этап, но прежде я должен тебя спросить. Скажи, ты станешь моей женой?

— Что?! — опешила я.

— Помни, — коварно произнёс он, — мы в круге силы, и здесь должно быть абсолютное согласие, иначе ритуал не сработает.

— Рид!!! — у меня не было слов.

— Я люблю тебя и за время разлуки понял, что без тебя моя жизнь пуста. Чтобы ты ни решила, я буду рядом с тобой в любом из миров, — тихо произнёс он, обнажая передо мной душу, но уже в следующий миг вкрадчиво напомнил. — Радость моя, не забываем, что здесь допустимо лишь полное согласие.

И в этом был весь он. Сердце трепетало от избытка чувств. Только он мог сделать предложение в ультимативной форме! Невыносимый… невозможный… но такой… родной.

— Рид, — выдохнула я.

— И твой ответ…

— Всю жизнь буду помнить!

— Разрешаю даже мстить. Я весь в твоём полном распоряжении.

— Рид, ты…

— Положительный ответ, родная, только положительный… — ласково глядя на меня, усмехался он. — Не томи. У меня сердце не железное.

— Гад!

— Твой?

— …

— Твой? — с нажимом повторил он.

— Мой, — сдалась я.

— Люблю тебя, — произнёс он и… начал рисовать ножом на моих губах какие-то символы.

«Убью!» — метнула в него возмущённый взгляд, но он ответил такой умопомрачительной улыбкой, что у меня дрогнуло сердце, и я закрыла глаза.

Жжение в руках сказало о том, что ритуал закончен. Татуировки вновь украшали меня и в этот раз отторжения не вызывали.

— Всё, хорошая моя. Ты умница, — привлек к себе и трепетно поцеловал. Будто не было между нами всего, будто это первый наш поцелуй.

Только я расчувствовалась, как прозвучало:

— МОЯ! — собственнически так, властно, самодовольно.

— Рид! — тут же взвилась я.

— Радость моя, ты сама говорила, что не выйдешь замуж даже под дулом пистолета. Я всё ещё смутно представляю, что такое пистолеты, но мне пришлось импровизировать и идти на крайние меры.

— Ты…!!!

— Я.

— Люблю тебя, — неожиданно для самой себя призналась и расплакалась я. Подумать страшно, что я могла никогда не встретить его и в то же время он душу мне вывернул! То подчиняет, то помогает, то раз за разом пытается умереть.

— А плачешь почему? — не понял он.

— От размеров счастья, свалившегося на мою бедную голову, — огрызнулась в ответ.