Внимание! Муж-волшебник, или Куда приводят мечты

Меня вообще в сон потянуло под мерное покачивание кареты, и я была рада поболтать. Разговор о купальнях и мои восторги, вперемежку со сравнениями с банями у меня на родине, плавно перетекли к вопросам о том, как я здесь жила и каким образом удалось оживить королеву. Повеселила его рассказом о том, как нам пришлось спать втроём на кровати вместе со статуей. У Варгоса такие глаза круглые стали, что я рассмеялась.

– Но зачем?!

– Ясарат надеялся, что я найду способ её оживить, и я нашла! – с гордостью похвасталась я, описав, как это именно я заметила, что при поцелуе короля гребень меняет цвет, и вытащила его.

Затем предупредила, чтобы он не удивлялся сплетням, гуляющим вокруг имени аттана, и покаялась, что именно я их распустила. Вспомнив, что он всё же его друг, оправдалась тем, что была зла на Ридгарна за то, что он обманом сделал меня Тенью. И рассказала множество смешных случаев, когда аттана донимали озабоченные дамочки с плётками.

Варгос смотрел на меня пристальным взглядом, и лицо у него было такое… как будто он меня впервые видит.

– Ладно, я перегнула! Немного, – согласилась я и тут же бросилась приводить аргументы в свою защиту: – Но мне моё честное имя дороже, чем Ридгарна. И надо было видеть, какими взглядами на меня смотрели придворные. Было бы смешно, если б не хотелось плакать: я аттана придушить готова была собственноручно, а меня к нему в любовницы записали. Один даже чуть ли не прямым текстом заявил, что он бы тоже с такой Тенью из поместья возвращаться не спешил, раздевая меня взглядом при этом. Лучше бы за своим меню следил, придурок, а то с его животом не в каждую дверь пройдёшь. А ещё военный, аррк армии. Позор!

Но всё моё возмущение было прервано зевком, который я безуспешно попыталась прикрыть ладошкой.

«Нет, всё же я намаялась за день», – пришла к выводу я, смотря на Варгоса, который стал расплываться перед глазами. Я моргнула. Ещё раз и ещё, но зрение не восстанавливалось. Кёрн всё сильнее расплывался, черты его фигуры поплыли, и я чуть ли не закричала от ужаса, когда стала проступать фигура совсем другого мужчины.

– Маммочки… – вырвалось у меня в полуобморочном состоянии. Лишь понимание того, что я останусь беззащитной с ним наедине, не позволило мне потерять сознание.

Напротив меня сидел азгарн Сириллы и смотрел задумчивым взглядом.

Я рванулась к дверце, предпочитая выпрыгнуть на ходу, чем оставаться запертой с ним в тесной карете. Ухватиться за ручку успела, но тут же и отпустила, так как меня перехватили за талию и рванули на себя. Некоторое время я остервенело вырывалась, пока не выбилась из сил и меня не скрутили.

– Забавно, вы так спешите умереть под колёсами, зато не решились последовать за мужем на костёр.

– Отпустите меня! – потребовала я, так как была в ужасе от того положения, в котором оказалась. Сидеть на коленях у этого урода, тесно прижатой к нему, было точно не пределом моих мечтаний. Хватка у него оказалась железной, и я едва дышала. Да ещё я сидела спиной и не видела его выражения лица, лишь чувствовала на волосах дыхание.

– Чтобы меня обвинили в вашей смерти? Увольте!

– Предпочитаете убивать исподтишка? – зло поинтересовалась у него.

– Когда это я пытался вас убить? – даже оскорбился он.

– Хотите сказать, что навязывать кинжал человеку, не знающему традиции, – это не убийство?

– Откуда же я мог знать, что вы не знаете их?

Прямо святая невинность, сейчас расплачусь!

– А маниакальное желание запихнуть меня в карету вместе с прахом?

– Всего лишь забота о том, чтобы вы в спокойной обстановке простились с мужем и пережили своё горе.

– Три дня траура я чем занималась, по-вашему? С бубном танцевала, что ли? – разъярилась я.

– Вам хватило три дня, чтобы забыть мужа? – холодно поинтересовался азгарн.

– Да мне жизни не хватит его забыть! – искренне воскликнула я, а про себя добавила: «Вернее, всего того, что он сделал».

Так, ладно, нужно срочно брать себя в руки, или препираться можно до бесконечности. Убивать не собирается – уже хлеб.

– Отпустите меня. Вы убедили, что мне ничего не грозит, и собой рисковать я не буду, – спокойным тоном обратилась к нему.

– Нет. Мне так спокойнее, – даже не пошевелился он. Ага, жаль, что я не могла сказать того же о себе.

– Послушайте, вы мне уже наставили синяков, давайте ограничитесь ими и не будете добавлять новых.

– Я этого не хотел. – Захват ослаб, и я рванулась из его рук. Не успела. Меня опять крепко стиснули, впечатав спиной в твёрдую грудь. – Не думал, что вы настолько глупы, чтобы решиться прыгать.

– А чего вы ожидали? Что я при виде вас запляшу от счастья?

– Могли бы упасть в обморок, – несколько раздражённо заметил азгарн, так как я продолжала ёрзать, стараясь хоть немного от него отстраниться.

– Да безопаснее с гадюкой ядовитой сознание потерять! – в сердцах воскликнула я. – Та просто укусит, а с вами в лучшем случае с прахом в карете окажешься, а в худшем – на погребальном костре с кинжалом в груди.