Внутри и вне помойного ведра. Практикум по гештальттерапии

Ретрофлексии — это манипулирования своим собственным телом и импульсами как заменой других людей и объектов. Такие самоманипуляции безусловно полезны и нормальны, когда нужно воздержаться от чего-то, переждать, приспособиться к окружающему, проявить благоразумие, осторожность — в собственных, в конечном счете, интересах. Невротическое ложное употребление имеет место тогда, когда часть личности подвергнута цензуре, задушена, так что ее голос не доходит до сознающей личности. Но как бы ни была эта часть задушена, зажата, какой бы цензуре она ни подвергалась, — она все равно осуществляет свое давление. Борьба продолжается. Человек просто теряет сознавание ее. Конечный результат такой цензуры, сознается она или нет, — неизбежное более или менее серьезное психосоматическое заболевание: ухудшение ориентации или манипулирования, боли, слабости, или даже дегенерация тканей.

Рассмотрим неэффективность ретрофлексии на следующем примере. Пациент, проходящий психотерапию, обнаруживает необычную склонность к плачу: иногда по нескольку раз за сеанс он разражается слезами. Плач возникает тогда, когда можно было бы ожидать упреков или иного рода нападения. Происходит следующее: пациент чувствует себя как бы нападающим, но не смея делать этого, обращает атаку на себя, чувствует себя страдающим и разражается слезами, как бы говоря: "Посмотрите, как я безвреден и как плохо со мной обходятся". Первоначальная цель состоит, разумеется, в том, чтобы заставить кого-то, X, может быть — терапевта, — плакать. Если это невозможно, следуют слезы и хроническая обида, пока агрессия не будет реорганизована и выведена наружу.

В других случаях это могут быть частые головные боли, являющиеся, как сказали бы фрейдисты, "обращенным" плачем. Тайна этого "обращения" легко разрешается, если понять, что головные боли, как и большинство других психосоматических симптомов, — это ретрофлектированная двигательная деятельность. Они порождаются напряжением мышц против возникающего импульса.

Если вы слегка откроете кран и попытаетесь удерживать воду пальцем, вы почувствуете, как это постепенно становится все труднее. Это — прямая аналогия тому, что часто происходит во внутренних конфликтах, когда вы подавляете или удерживаете потребность в дефекации, эрекцию, приступ рвоты, отрыжку и пр. Если вы сильно сжимаете кулаки, вы рискуете через некоторое время получить судорогу. "Психогенная", или "функциональная" головная боль — феномен такого же типа. В этом случае вы начинаете плакать, но затем сдерживаете этот импульс, сжимая собственную голову, чтобы не быть "слюнтяем" или не дать другим удовлетворения видеть вас плачущим. Вы хотели бы скрутить X, который вывел вас из душевного равновесия, но вы ретрофлектируете это "скручивание" и; используете его для сдерживания своих слез. Ваша головная боль — не что иное, как переживание мышечного напряжения. Если вы расслабите мышцы, вы начнете плакать, и одновременно с этим головная боль исчезнет. (Не все, разумеется, головные боли возникают таким образом; плач тоже может сдерживаться не только напряжением мышц головы, но и, например, напряжением диафрагмы.)

Здесь уместно еще раз повторить наше предупреждение против преждевременного расслабления. Допустим, вам удастся расслабить мышцы шеи, бровей и глаз и разразиться плачем. Но это не разрешит первоначального конфликта. Это просто обходной путь. Важная часть симптома — тенденция к агрессивному сжатию — остается непроанализированной. Когда кто-нибудь причиняет вред вам, возникает желание ответить ему тем же. Эта тенденция находит некоторое выражение — вы действительно наносите какой-то вред, даже если он состоит в ретрофлексивном сжатии, которое делает вас жертвой собственной агрессии, в дополнение к тому вреду, который причинил вам другой. Если вместо обращения ретрофлексии вы просто откажетесь от ретрофлектированного поведения, — в данном случае самосжимания, вы можете преуспеть, только каким-то образом избавившись от склонности получать повреждения. Это требует техники более серьезной, чем ретрофлексия — десенситизации. Нежелание наносить вред зависит от неполучения вреда, что в свою очередь зависит от прекращения эмоциональной реакции на окружающее. Это процесс может дойти до деперсонализации. Правда, существует и гиперсенситивность, когда чуть ли не что угодно "задевает". Это состояние разрешается через реорганизацию личности, а не дальнейшую дезорганизацию в форме отупевания. Здоровый нормальный организм, когда на него действительно нападают, отвечает тем же в той мере и тем способом, как это уместно в данной ситуации.