Во времена фараонов

[Положи] бальзам на волосы Маат, потому что с ней здоровье и жизнь!.. О Амон, для тебя вознеслись небеса, земля утоптана для тебя. Пта своими руками создает часовню для отдыха твоего сердца. Приди, о северный ветер! Я видел тебя, когда я был на башне.

Под другой росписью, где две женщины и две юные девушки, дочери Рехмира, протягивают ему систры, которых он касается руками, текст гласит:

Наслаждение видом хорошей пищи, музыки, танца и песни, смазывание бальзамом и втиранием оливкового масла, запахом лотоса, хлебом, пивом, финиковым вином и всевозможными лакомствами, преподнесенными «Ка» властелина, начальника города, Рехмира, его искренне любимой женой, хозяйкой его дома, Мериет, которая всегда с ним.

На нижнем рисунке один из сыновей Рехмира, Аменхотеп, и два его брата преподносят цветы со словами: Наслаждение, радостное ликование и участие в доброй трапезе, летний лотос для ноздрей и [масло] бальзама, подходящее для короны, для «Ка» властелина, начальника города и везира Рехмира и его жены Мериет.

Стройные молодые девушки надевают изящпые ожерелья на шеи матрон и наливают вино или пиво в их чаши со словами:

Для твоего «Ка»! Празднуй!

Три женщины слушают музыку, пьют вино, мажутся бальзамом и говорят:

Неужели это Маат, на чьем лице паписано желание напиться?

Мериет возвращается к мужу, и они направляются в другой конец коридора полюбоваться рисунком, изображающим посещение им мастерских храма Амона. Везир, чья фигура намного крупнее фигур рабочих, стоит, опираясь на свой жезл, в окружении свиты из сорока человек и смотрит на работу ювелиров, просверливающих бусы, создателей алебастровых ваз, столяров, изготовляющих инкрустированные шкатулки из дерева, кожевников, ремесленников, сапожников.

Этот вельможа руководит своими рабочими, которые изготовляют мебель из слоновой кости и эбенового дерева, дерева ssndm, дерева mrwи настоящего кедра с горных склонов Ливана.

Тут же отливают бронзовые двери для храма Амона. Художник только что закончил роспись и яодет от везира одобрения. Рехмира доволен не только росписью, но и сопровождающим текстом, который гласит:

Азиатская медь, которую его величество вывез из страны Речену после победы над ней, чтобы отлить для храма Амона в Карнаке две двери, покрытые золотом, которое блестит [?] подобно горизонту небес. Начальник города и везир Рехмира руководит этим.

Супруги возвращаются в главный зал, где установлены статуи. На северной стене записана история семьи везира. В ней упоминается наряду с именами других его предков имя его дяди Уосера, который таюке был везиром. На росписи Рехмира и Мериет изображены сидящими за столом, в то время как их сын Менхеперра-Сонеб, «писец храма Амона», облаченный в леопардовую шкуру, освящает их пищу. Там же изображен и другой их сын, Аменхотеп. Но нет Кенамона, который показан на другой росписи. Зато имеются все три дочери: Тахает, Мут-Нофрет и Хенет-тови.

Напротив всю юяшую стену занимает огромная надпись, подробно рассказывающая о назначении Рехмира на должность везира и где он старается польстить своему царю.