Вода поможет! Как через воду получить желаемое

Почему святая вода называется святой? Вообще, что такое «святость»? Когда мы о ком-то говорим: «он святой», то подразумеваем, что этот человек ничего, кроме добра, не делает, ведет добропорядочную жизнь. В нем нет никакого зла: ни зависти, ни корысти, ни агрессии. И это правильно, потому что святость – свобода от зла. Но не только. Многие из тех, кто намеренно хотел стать святым, становились еще большими грешниками [1] . Недаром говорится: «благими намерениями вымощена дорога в ад». Святость нельзя взять «нахрапом». Даже если человек будет всю жизнь совершать только правильные поступки и приносить только добро, он все равно не станет святым автоматически. Напротив, он может погубить свою душу, а также души тех, кто находится рядом с ним. Дело в том, что человеческое представление о правильности и о добре сильно искажено. Помните поговорку: «сколько людей, столько и мнений»? Для одного человека добром является одно, для другого – другое. Вот вам пример. Должно ли государство защищать детей? Ответ очевиден. Если оно это делает, правильно ли это? Да. Является ли это добром? Тоже да. Но в жизни почему-то все выходит по-другому. Во многих Западных странах, где строго соблюдаются законы о защите детей, существует громадная проблема воспитания. Одна моя знакомая, переехавшая в Канаду, рассказывала, что там закон… запрещает детям плакать. Не в буквальном смысле: плакать дети, конечно, могут. Но за это родители могут поплатиться солидным штрафом или даже тюрьмой. И родители, дабы дитя не довело их до «сумы и тюрьмы», стараются всячески задобрить его… Кончается это тем, что детки, быстренько сообразив, что к чему, начинают шантажировать родителей: мол, если что не так – пойду в полицию. Вот такое «добро» существует на свете. Чем оно лучше зла? Это то же самое зло, только, быть может, еще худшее. В Евангелии от Луки рассказывается притча о выметенной горнице – когда из горницы изгнали нечистого духа, но горницу оставили пустой, и дух это увидел и привел туда семь других духов, злейших, чем он сам, и последнее было горше первого. Часто человеческое «добро» представляет собой такую выметенную горницу, откуда вымели маленькое зло, но на свободном месте поселилось зло еще большее. Вот почему святость – это не только свобода от зла. Мало общего она имеет и с нашим понятием о добропорядочности. Часто святые – настоящие святые – совершали с точки зрения мира, прямо скажем, недобропорядочные дела. Так, святой Виталий Александрийский тратил все свои деньги на… блудниц. Чем вызывал всеобщее презрение: ведь Виталий был монахом и не имел права ходить к блудницам. Никто не хотел подавать ему руки, а один юноша, встретив монаха у блудницы, даже ударил его. Но ни один человек до его смерти не знал, что после того, как Виталий приводил блудницу к себе в келью, он отдавал ей деньги со словами: возьми и в эту ночь не греши. После чего отправлялся в пустыню и молился за нее Богу. Многие из этих женщин затем полностью меняли образ жизни, а некоторые даже стали святыми… О причине своего исправления они молчали, потому что святой Виталий запрещал им рассказывать об этом. Когда же одна из них нарушила клятву, то впала в беснование – и это было для александрийцев подтверждением «жуткой греховности монаха». Лишь после смерти подвижника эта женщина исцелилась, прикоснувшись к его телу. Святость – это не показное добро и не показное благочестие. Святость – это Дух Святой, руководящий человеком. И этот Дух свободен. Он, по слову апостола, «дышит где хочет». Только присутствие Святого Духа в человеке может сделать его святым. Первым обитателем рая стал разбойник – человек, который всю жизнь совершал только зло. Ничем он не заслужил святости, но, признав свои грехи и открывшись навстречу Богу, стал первым в истории христианским святым.