Военная агентурная разведка. История вне идеологии и политики

Подавляющее большинство заговорщиков среди военных составляли бывшие офицеры еще с царских времен. Преимущественно толкало их на противодействие власти «чувство несправедливости» по отношению к себе. Например, комкор Г.К. Восканов, подполковник царской армии, награжденный пятью крестами, включая Георгиевский, сидящий на должности заместителя председателя центросовета Осоавиахима СССР не мог спокойно созерцать, что унтер В.К. Блю*ееп80гей* уже маршал и командует Дальневосточным фронтом, а необученный Ворошилов — нарком. В то время действительно многими округами командовали те, кто при царе был рядовым или унтер-офицером (Буденный, Белов, Апанасенко).

Другой пример, комкор Н.В. Куйбышев, кавалер трех орденов Красного Знамени, в царской армии — капитан, в Гражданскую войну командовал армией. В 1929 г. он командует Сибирским военным округом. Его тогда называли «хозяином Сибири». В 1930 г. удельного князя опускают до уровня секретаря распорядительных заседаний Совета труда и обороны: после него штат замыкала лишь секретарь-машинистка. Не обидно ли?

На «гражданке» положение было точно таким же. «Заслуженных» бездельников, болтунов, пьяниц и тупиц снимали с должностей, а они объясняли это политическими гонениями. К примеру, А.И. Рыков, старый большевик, после Ленина возглавлял СССР, но начал пить не просыхая, замечания к нему по этому поводу выдавал за политические придирки. Проводил коллективизацию, будучи ее противником, то есть делал все, чтобы показать, что у Сталина ничего не получится. В 1930 г. был снят и назначен министром почт и телеграфа, а пост председателя Совнаркома занял его подчиненный Молотов. Каково ему было смотреть на это? Жаба-то давит!

Или любитель отдыха на немецких курортах на бюджетные средства Крестинский. Еще в 1907 г. он был членом Думы от большевиков, при Ленине — наркомом финансов. Не справился. Его отправили послом в Германию. Была такая практика у большевиков: не можешь работать — иди представляй страну за границей. Такие дипломаты были объектом насмешек белоэмигрантской прессы, материалы которой нередко перепечатывались изданиями других стран. Идейный сторонник Троцкого. По возвращении в СССР получил скромную, не по амбициям, должность замнаркома иностранных дел. Больно было «старому революционеру» смотреть на незаслуженного, но уже члена политбюро Л. Кагановича.

Таким образом, у гипотетических руководителей иностранных спецслужб проблем с получением разведывательной информации об СССР не было: необходимо только не скупиться на «подкормку» оппозиции — и заговорщики сами доставят благодетелям любые доступные им сведения. В то же время специалисты-разведчики зарубежья прекрасно понимали, что информация будет поступать, пока заговорщики не придут к власти. После этого построенная на них агентурная сеть обычно рушится. Причем гибнет она как при положительном исходе путча, так и при отрицательном. Ведь победившие заговорщики сами становятся правительством, и, закономерно, их начнет заботить государственная безопасность, которую они считают залогом личного благополучия. Поэтому революционеры прекратят свой шпионаж и начнут бороться с чужим. На такой случай для непрерывности в получении информации вербовались жены заговорщиков и оппозиционеров, их взрослые дети, близкие родственники и друзья-подруги, о чем «первые лица» даже не догадывались.

Чтобы сорвать планы большинства, рецепт простой: вызвать у населения страны недовольство властью и свергнуть ее. Поэтому его идейные противники, опасающиеся за свое будущее, с пониманием отнеслись к полученным от Троцкого инструкциям о разворачивании широкомасштабного саботажа и вредительства с целью сорвать индустриализацию и коллективизацию и вызвать недовольство сталинским правительством. В борьбе использовалось все: и подсыпание песка в механизмы, и добавление воды в топливо, и поджоги, и многое другое из бесконечного списка пакостей. Таким образом пытались вредительством добиться ситуации, когда народ, не выдержав напряжения индустриализации и коллективизации, сам свалит сталинский ЦК.