Военная история Японии. От завоеваний древности до милитаризма XX века

Годы, прошедшие после первого вторжения монголов, не прошли и для японцев даром. Они правильно рассчитали намерения врага, снова избравшего исходным пунктом нападения остров Кюсю, и построили в бухте Хаката ряд защитных каменных укреплений. Одна из массивных каменных стен имела высоту 2,5 метра и протяженность 20 километров. Береговые стены прикрывали также синтоистские святыни – храм Сумиёси-дзиндзя, Хакодзаки-гу, который был сожжен монголами при нашествии 1274 года, но после этого восстановлен, и святилище Касии-гу. На берегу японцы воздвигли башни и сторожевые вышки для наблюдения за водной поверхностью, а между морем и защитными сооружениями устроили массу всевозможных ловушек, которые должны были при первых же шагах агрессоров по японской земле остановить их и помешать продвижению вперед.

Намного лучше были подготовлены конные соединения и пехотинцы. Армия сёгуната на Кюсю состояла из 100 тысяч самураев, еще 25 тысяч человек располагались на соседнем острове Хонсю в резерве.

Для войны на воде японцами были построены небольшие, но чрезвычайно подвижные и легкие гребные лодки. Назначением их экипажей было быстро подойти к неприятельским кораблям, взобраться на них, уничтожить воинов-десантников и матросов и поджечь громадины.

Боевой дух японских войск был очень высок – люди защищали родину. Даже японские пираты – вако (дословно – «японские бандиты»), состоявшие из контрабандистов и ронинов (самураев, потерявших вассалитет), которые в течение первой половины XIII века терроризировали прибрежное население Кореи, временно оставили свое преступное ремесло и присоединились к правительственному флоту.

Япония была готова к отражению новой агрессии. Были готовы к вторжению монгольских орд и острова Цусима и Ики, гарнизоны которых, как и в 1274 году, должны были погибнуть первыми.

Тем временем японские шпионы сообщали с континента малоутешительные вести. Силы вторжения были так велики, что их нельзя было сосчитать даже приблизительно.

В июне 1281 года из того же корейского порта Хаппо и другого, Окпо, с Корейского полуострова вышла первая группа кораблей агрессоров. Приблизительно в это же время началась погрузка на корабли второй группы, которая тоже должна была отправиться к берегам Японии из Южного Китая, но она по разным причинам организационного характера опоздала и вышла только в конце июля.

Иноземцы, как и в первый раз, вошли в бухту Хаката. 23 июня они высадились на берег, но, не сделав по земле Японии и нескольких шагов, попали под жестокий удар японских лучников. На место погибших подоспели новые отряды атакующих. Затем к берегу начали приближаться корабли с метательными машинами, обстреливавшими японские позиции.

Несмотря на то что огнем китайской метательной артиллерии многие береговые укрепления были сожжены, японцы не сдали своих позиций и битва продолжалась на том же месте, где и началась. Сражение на берегу, в котором японцы имели превосходство, продолжалось несколько дней. Однако никакой напор, казалось, не мог сломить стойкость обороняющихся.

Такая же ожесточенная борьба днем и ночью шла и на море, где монгольский флот был атакован японскими боевыми лодками. И здесь преимущество было на стороне японцев, так как громоздкие монгольские корабли не могли свободно маневрировать на воде. Многие монгольские корабли японцы сожгли, и, чтобы как-то обезопасить себя от таких нападений, монголы стали соединять суда корабельными цепями, создавая подобия крепостей.

Встретив такое неожиданно упорное сопротивление со стороны японцев и понеся существенные потери, монголы вынуждены были отойти от залива Хаката. Содействовали такому решению также начавшиеся в условиях страшной жары и скопления на кораблях большого числа монгольских и китайских войск инфекционные заболевания, унесшие за короткое время жизни нескольких тысяч человек.

В конце июля монголы встретились наконец с главными силами у острова Хирадо, расположенном у западного побережья Кюсю. Новую атаку всех войск монголов и их союзников на позиции японцев решено было осуществить в заливе Имари. На этот раз Японии грозила еще большая опасность.

Император и его аристократическое окружение, должностные лица высших рангов, чиновники военного правительства, синтоистское и буддийское духовенство в самый критический момент разворачивавшихся событий обратили свои мольбы к национальным синтоистским богам с просьбой о помощи. Главная церемония была совершена в центре молений – храме Исэ, традиционном месте паломничества. Экс-император Японии Камэяма обещал даже принести себя самого в жертву во имя спасения страны.