Военная контрразведка НКВД СССР. Тайный фронт войны 1941–1942

После создания ГКО были образованы и новые чрезвычайные органы, необходимые для своевременного и полного выполнения его решений и постановлений. В прифронтовых городах, которым угрожала опасность быть захваченными врагом, созданы местные чрезвычайные органы – городские комитеты обороны. Они объединяли под партийным руководством гражданскую и военную власть на местах. Председателями комитетов обороны становились первые секретари обкомов или горкомов партии. В состав комитетов также входили руководители местных советских и военных органов. Как правило, аппарат обкома или горкома становился аппаратом городского комитета обороны, который, являясь военно-организаторским и мобилизационным центром на местах, подчинял интересам войны всю деятельность советских, партийных, комсомольских и профсоюзных организаций, предприятий и учреждений. Комитеты обороны руководили оборонительным строительством, создавали народное ополчение и другие добровольческие формирования. В наиболее трудные для страны первые месяцы войны ГКО принял десятки крупномасштабных постановлений, направленных на совершенствование форм и методов руководства армией и флотом, упрочение их боевой мощи и боеспособности и наращивание обеспечения их вооружением и боевой техникой. Концентрация власти в руках ГКО обеспечивалась прежде всего тем, что его Председателем стал Генеральный секретарь ЦК ВКП (б) И.В. Сталин, бывший одновременно Председателем СНК, наркомом обороны СССР, а с 8 августа 1941 г. решением Президиума Верховного Совета СССР, СНК СССР и ЦК ВКП (б) назначенным «Верховным Главнокомандующим всех войск РККА и ВМФ». Следовательно, несмотря на наличие значительного числа государственных структур, нацеленных на борьбу с нацистской Германией, вся власть в стране принадлежала Сталину. Г.К. Жуков писал: «На практике получалось так: Сталин – это Ставка и Государственный Комитет Обороны – тоже Сталин. Он командовал всем, он дирижировал, его слово было окончательным и обжалованию не подлежало»[230].

Если мы претендуем на объективность, то должны признать серьезный вклад Сталина в победу над врагом. Обладая неограниченной властью и будучи от природы наделенным огромной политической волей, целеустремленностью, настойчивостью и последовательностью, умением организовать и дисциплинировать народные массы, он и созданная им тоталитарно-бюрократическая система сыграли не только негативную, но и позитивную роль в экстремальных условиях войны. Она позволила Сталину как Верховному Главнокомандующему достаточно успешно использовать ее в руководстве вооруженной борьбой. И в то же время, думается, не будь сталинизма со всеми его злотворными последствиями деятельность советского высшего органа стратегического руководства была бы более эффективной. Советскому народу и его героической армии не пришлось бы платить за победу над Германией столь дорогую цену[231]. Сталин был реалистом и во время войны хорошо понимал, что огромные военные усилия советского народа не связаны с поддержкой ими коммунистической системы, лично его. В 1941 г. он сказал Гарриману: «Мы не питаем иллюзий, они[232] сражаются за мать-Россию»[233].

Основным критерием таланта полководца является не конечная победа, хотя она подводит последнюю черту вооруженной борьбы, а цена победы. Если следовать такому принципу, то имя Сталина никак не вписывается в рамки требований, предъявляемых к полководцу[234]. И менее удачной была его деятельность в начале войны. Но, начиная со Сталинградской битвы, стратегическое руководство Вооруженными силами было на должной высоте.

Мнения московских ветеранов расходятся с оценками, внедряемыми в общественное сознание, прежде всего в сознание молодежи средствами массовой информации, частью историков, политологов и политиков, относительно роли и деятельности И.В. Сталина на посту Верховного Главнокомандующего Красной армии в годы Великой Отечественной войны: 68 % участников опроса считают, что Сталин был выдающимся военным руководителем, 14 % – придерживаются мнения, что Верховный Главнокомандующий был недостаточно подготовлен к такой роли, но в годы войны внес значительный вклад в победу над гитлеровской Германией. Он «не изменял привычке заниматься обычно до 3–4 часов утра, а то и позднее, а с 10-ти опять принимался за дело. Такого порядка он заставлял придерживаться и всех других людей, имевших к нему отношение»[235].

Считаем, что отношение к И.В. Сталину в общественном сознании во многом основывается на мифах. На это указал еще поэт-фронтовик А.Т. Твардовский в своем поэтическом осознании – дело не в Сталине, а в мифе о Сталине: «Но кто из нас годится в судьи – \ Решать, кто прав, кто виноват? \ О людях речь идет, а люди \ Богов не сами ли творят?»