Читаем Военная контрразведка от «Смерша» до контртеррористических операций полностью

26 сентября 1936 г. освобожден от руководства НКВД и назначен народным комиссаром связи СССР; 29 января 1937 г. уволен в запас. 29 марта 1937 г. арестован по обвинению в причастности к «антисоветскому право-троцкистскому блоку», в руководстве антисоветским заговором в НКВД и террористической деятельности. Выведен из составов ЦК ВКП(б) и ЦИК СССР, исключен из списков почетных пограничников 6 2-го Владивостокского и 23-го Каменец-Подольского погранотрядов, почетных красноармейцев 9-го Новосибирского кавалерийского полка и 6-го отдельного авиаотряда, почетных слушателей Центральной школы НКВД и Ордена Ленина Высшей пограничной школы ОГПУ, почетных курсантов 2-й Объединенной пограничной школы им. Ф. Э. Дзержинского. Имя Ягоды снято с 1-го Ухтинского нефтепромысла Ухтпечлага НКВД, Ордена Ленина ВПШ НКВД, Болшевской трудовой коммуны НКВД, а также с моста через реку Тунгуску (железная дорога Волочаевка — Комсомольск, Дальневосточный край).

13 марта 1938 г. осужден Военной коллегией Верховного суда СССР к высшей мере наказания и через день расстрелян. Не реабилитирован.


Ян Калистович ОЛЬСКИЙ (Ян Константинович Куликовский) (1898–1937).

Родился в деревне Бутримонис Шальчининского уезда Виленской губернии в польской дворянской семье, отец — врач.

С 1914 г. — член СДКПиЛ, в 1917 г. — секретарь польской секции Петроградского комитета РСДРП(б), работал в Петроградском ВРК. В 1918 г. вступил в Красную армию. Работал в подполье в оккупированном немцами Вильно. С августа 1919 г. — в органах военной контрразведки: и.о. начальника, начальник Особого отдела 16-й армии, начальник особого отдела Польской Красной армии; в 1920 г. — особоуполномоченный ОО Западного фронта и вновь начальник ОО 16-й армии. Руководил ликвидацией резидентур польской разведки в Могилеве и Витебске. С июня 1921 г. — председатель ЧК Белоруссии (с 1922 г. — ГПУ при Президиуме ЦИК БССР). С февраля 1923 г. — начальник 3-го отделения (контрразведывательная работа против Польши, Румынии и Балканских стран), помощник начальника контрразведывательного отдела ОГПУ; с июля 1923 г. — по совместительству начальник отдела погранохраны ОГПУ; одновременно с октября 1923 г. — главный инспектор Главной инспекции войск ОГПУ и начальник Высшей пограничной школы. С декабря 1923 г. — одновременно зам. начальника Особого отдела ОГПУ (с мая 1927 г. — 1-й помощник начальника ОО, фактически руководил им ввиду загруженности начальника отдела Г. Г. Ягоды) и КРО ОГПУ. В ноябре 1927 — сентябре 1930 г. — начальник КРО ОГПУ; в октябре 1929 — сентябре 1930 г. — по совместительству начальник ОО ОГПУ. В сентябре 1930 г. (после объединения ОО и КРО) — июле 1931 г. — начальник Особого отдела ОГПУ, 1-й помощник начальника СОУ ОГПУ.

Награжден орденом Красного Знамени, знаком «Почетный чекист», почетным боевым оружием.

В июле 1931 г. решением Политбюро ЦК снят с должности за выступление, вместе с другими руководителями ОГПУ, против Г. Г Ягоды. С 1931 г. работал в системе Наркомата внутренней торговли СССР На VII съезде Советов в марте 1935 г. был избран членом ЦИК СССР

Арестован 31 мая 1937 г.; 27 ноября 1937 г. осужден Военной коллегией Верховного суда СССР к высшей мере наказания и в тот же день расстрелян.

Реабилитирован посмертно в 1955 г.


Георгий Евгеньевич ПРОКОФЬЕВ (1895–1937) — комиссар госбезопасности 1 ранга (1935).

Родился в Киеве в семье чиновника казенной палаты; дворянин. Окончил юридический факультет Киевского университета и 1-й курс Коммерческого института.

С 1915 г. — в революционном движении: в 1916–1919 гг. — анархо-коммунист; в 1917 г. участвовал в революционных событиях в Киеве; в 1917–1918 гг. возглавлял Исполком высших учебных заведений; в 1918–1919 гг. — на подпольной работе на Украине; с 1919 г. — заместитель наркома РКИ УССР С 1919 г. — начальник политпросвета 12-й армии, в 1920 г. — 1-й Конной армии. После демобилизации — на политработе в системе железнодорожного транспорта.

В августе 1920 г. принят на работу в органы ВЧК. С сентября

1920 г. — помощник начальника Закордонной части Особого отдела ВЧК; с февраля 1921 г. — уполномоченный 6-го и 12-го спецотделений ИНО ВЧК, одновременно с мая по декабрь

1921 г. — помощник начальника 15-го спецотделения ОО ВЧК; с декабря 1921 г. — помощник начальника ЗЧ ИНО ВЧК — ГПУ. С июля 1922 по февраль 1924 г. — помощник начальника ИНО ГПУ — ОГПУ, одновременно в ноябре — декабре 1922 г. — помощник начальника особого бюро при Секретно-оперативном управлении ГПУ по делам административной высылки антисоветских элементов и интеллигенции.

С февраля 1924 по июль 1926 г. — начальник Информационного отдела ОГПУ, одновременно в феврале 1926 г. назначен начальником Экономического управления ОГПУ (в этой должности проработал до августа 1931 г.). С октября 1929 г. — член Коллегии ОГПУ; одновременно с ноября 1930 по август 1931 г. — член Президиума ВСНХ и уполномоченный СТО СССР по строительству автомобильных заводов в Нижнем Новгороде, с апреля

1931 г. — начальник Управления Беломорстроя НКПС СССР.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Воевали на «гробах»! Упадок в танковых войсках
Воевали на «гробах»! Упадок в танковых войсках

«Вы заставляете нас летать на "гробах"!» – заявил Сталину в начале 1941 года командующий ВВС Красной Армии Павел Рычагов, поплатившийся за откровенность жизнью: он был арестован на третий день войны и расстрелян в конце октября, когда немцы стояли уже под Москвой, – что лишь подтверждало его правоту! Более того, слова Рычагова можно отнести не только к «сталинским соколам», но и к танковым войскам. Вопреки расхожим мифам о «превосходстве советской техники» РККА уступала противнику по всем статьям, а редкие успехи в самолёто– и танкостроении были результатом воровства и копирования западных достижений. Судя по катастрофическому началу Великой Отечественной, Советская власть и впрямь заставила армию ВОЕВАТЬ НА «ГРОБАХ», расплачиваясь за вопиющие ошибки военного планирования чудовищными потерями и колоссальными жертвами.Как такое могло случиться? Почему, по словам академика П. Л. Капицы, «в отношении технического прогресса» СССР превратился в «полную колонию Запада»? По чьей вине советская наука отстала от мировых лидеров на целые десятилетия, а войска истекали кровью без надёжной техники и современных средств управления, наведения, разведки, связи?.. Отвечая на самые неудобные и болезненные вопросы, эта книга доказывает, что крылатая фраза «Порядок в танковых войсках!» – не более чем пропагандистский миф, что Красная Армия была под стать сталинскому монструозному государству – огромная, неповоротливая, отвратительно управляемая, технически отсталая, – на собственном горьком опыте продемонстрировав неэффективность рабовладельческой системы в эпоху технологий.

Владимир Васильевич Бешанов

Военная история / История / Образование и наука