Военные разведчики XX века

Англичане и французы, присутствовавшие на рауте, — союзники в только что вспыхнувшей мировой войне, вполне респектабельные союзники в том, что касается европейского театра военных действий. Но здесь, на Арабском Востоке, британской короне союзники не нужны. Британской короне нужны колонии. Ими она не желает делиться ни с кем. Поэтому беззаботней всех на том душном приеме выглядели женщины. Хотя отнюдь не все…

Маркиза Маргерит д’Андюрен, неизменно вызывавшая восхищение разновозрастных «рыцарей» не только своим шармом, но и весьма легкомысленным отношением к святости брака, была в тот вечер чем-то сильно озабочена. На прием она пришла без мужа. Впрочем, маркиз Пьер д’Андюрен, преподнесший жене вместе с титулом и весьма приличное состояние, давно уже махнул рукой на ее шалости. Война застала их в Египте во время свадебного путешествия, и маркиз не очень торопился возвращаться в родные пенаты. Маргерит тоже не торопилась в Париж, поскольку коллекция ее поклонников пополнилась еще одним, на сей раз молодым английским офицером.

Он стоял в углу зала, держа в руке фужер с сельтерской, в котором плавали кусочки льда. Белокурые волосы над высоким лбом, голубые глаза, сухое, гладко выбритое лицо. Но Маргерит знала наверняка, что не устоит перед странной, гипнотизирующей обворожительностью голоса этого человека. Выждав, когда от маркизы отлетит рой вздыхателей, он подошел к ней со скучающим лицом, церемонно поклонился и, тихо шепнув: «Я жду вас в номере на втором этаже», удалился из зала.

…Это было самое странное свидание в богатой любовными приключениями жизни Маргерит. Офицер сказал очень просто, словно они были знакомы много-много лет и уже неоднократно говорили об этом деле: «Моя дорогая маркиза, помогите Британии. Нам крайне необходимо, чтобы вы познакомились с Саид-па-шой. Завтра вас примет генерал Клейтон. Мы не останемся в долгу. Согласны?»

Нет, она действительно не могла устоять перед странной, гипнотизирующей обворожительностью его голоса и согласилась. Через несколько месяцев маркиза Маргерит д’Андюрен стала любовницей одного из вождей арабских племен и начала поставлять необходимую информацию. Военный разведчик Лоуренс получил из Лондона благодарность за очередную вербовку. Она была одной из наиболее трудных для него. Лоуренс очень не любил женщин. Не любил их всю жизнь…

О нем писали книги, снимались кинофильмы, высказывались самые разнополюсные суждения, в которых слову «гений» противопоставлялся антипод, характеризуемый отнюдь не джентльменским существительным «интриган». Впрочем, и шекспировского

Яго нередко называли «гением злодейства». Все зависит от того, чему, какому делу, какой цели служит талант человека. Добру или злу, правде или лжи.

Лоуренс был незаурядным военным разведчиком для своего времени. Он прекрасно знал арабский язык и наречия многих бедуинских племен, изучил не только их быт и нравы, но и религию. Еще до начала первой мировой войны он исколесил практически всю Аравию, установил тесные связи с вождями наиболее крупных арабских племен, знал как свои пять пальцев их слабые струны, что и позволило ему в конечном итоге выдвинуться в первые ряды организаторов арабского восстания. Именно такой актер был нужен британскому империализму на подмостках аравийского театра войны.

Что привязывало британские войска к столь неудобному плацдарму, где приходилось не только вести военные действия, но и вкладывать немалые средства в создание коммуникаций и баз? Прежде всего стратегическое значение этого района. Здесь пролегали Геджасская и Дамасская железные дороги — основные артерии снабжения турецкой армии в зоне Суэцкого канала. Воевать с турками, используя регулярные войска, привязанные к своим базам, было очень неудобно. Возникла необходимость в мелких подвижных отрядах, привыкших к длительным переходам по безлюдной пустыне, способных неожиданно появляться в тылах турецких войск и совершать диверсии на железных дорогах. Поэтому-то английскому генеральному штабу и пришла идея воспользоваться антитурецкой настроенностью арабов, дабы сколотить из них именно такие «летучие» повстанческие соединения. Дело было за человеком, который вошел бы в доверие к корыстолюбивым и продажным вождям арабских племен и направил их действия в единое русло, необходимое британскому империализму, чтобы воевать с Турцией чужими руками, не отвлекая дополнительных сил с западного фронта.

Мы тщетно будем искать в биографии Лоуренса какие-то сверхчеловеческие черты характера, каковые столь охотно живописуют западные исследователи карьеры британского «супершпиона». Отметим непомерно раздутое честолюбие, лицемерие, склонность к авантюризму и редкое упорство этого человека. Отметим лишь для того, чтобы лучше понять калейдоскоп жизненных передряг, через которые прошел Лоуренс. В отличие от многих своих коллег по профессии он был равнодушен не только к женщинам, но и к деньгам.