Война и мир в терминах и определениях. Военный словарь

Другое направление развития средств БГУ – крылатые ракеты. По сути, именно этот вид вооружений в арсенале средств США в настоящее время в наибольшей степени отвечает задачам БГУ, хотя и в ограниченных масштабах. Речь идет, в первую очередь, о подводных лодках типа «Огайо», оснащенных крылатыми ракетами морского базирования с обычными боезарядами. ВМС США модифицировали четыре такие субмарины, изначально оснащавшиеся баллистическими ракетами «Трайдент». В 22 из 24 пусковых установок каждой из этих подводных лодок размещено по семь ракет «Томагавк», т. е. по 154 ракеты на каждой из лодок. Дальность полета такой ракеты – 1500 морских миль. В то же время, хотя эти субмарины и открывают перед США достаточно широкие возможности нанесения ударов по потенциальным целям, все же данное средство ограничено как дальностью, так и относительно невысокой скоростью полета «Томагавка».

С середины 1990-х гг. в США ведутся работы по частичному решению этой проблемы. В планах Вашингтона – постановка на вооружение ракеты, способной развивать до 3–5 скоростей звука и поражать цели на расстоянии до 600 морских миль в течение 15 минут. Однако, даже создав такую гиперзвуковую ракету, США не смогут уйти от необходимости дислоцировать свои подводные лодки в относительной близости от предполагаемой цели. В противном случае о быстром глобальном ударе говорить будет неуместно.

Ведут США и разработку беспилотного гиперзвукового самолета, оснащенного прямоточным воздушно-реактивным двигателем, теоретически способного, по мнению разработчиков, достичь скорости, в 15 раз превышающей скорость звука, и уничтожать цели, используя кинетическую энергию либо высокоточные боеприпасы. Однако эти исследования находятся на ранней стадии, а проводившиеся испытания демонстратора такого беспилотника закончились неудачей. Явно преждевременно говорить и о создании полноценного космического оружия для целей БГУ.

Таким образом, реализуя свою программу БГУ, США стремятся диверсифицировать возможные средства достижения заявленных целей, распределяя средства по целому ряду направлений. При этом в случае с «неядерными» МБР Вашингтон вынужден учитывать упомянутую выше проблему «неверной интерпретации» запуска другими государствами, прежде всего Россией, и, соответственно, опасность провоцирования глобального ядерного конфликта.

В процессе реализации своих планов в области БГУ американцам до последнего времени приходилось принимать во внимание и свои обязательства в связи с российско-американским договором об СНВ, в особенности возможность практически неконтролируемой обратной замены неядерных боеголовок ядерными.

Представляется, что создание США большого потенциала средств БГУ, не оснащенных ядерными боеголовками и не подпадающих под введенные в соответствии с действующими международными договорами ограничения, но сравнимых по своей эффективности и мощи с ядерными силами, стало одной из причин для подрыва стратегической стабильности. Дополнительным фактором здесь выступило создание США глобальной системы ПРО. В случае успешной реализации программ БГУ и ПРО Вашингтон будет теоретически способен нанести массированный неядерный удар по крупной ядерной державе, выведя из строя большую часть ее стратегического потенциала, а затем уничтожив средствами ПРО ракеты, запущенные для нанесения ответного удара. Интересно, что подтвержденное еще Б. Обамой стремление к «безъядерному миру» вполне коррелируется с концепцией БГУ, т. к. – в сочетании с надежной системой ПРО – она в перспективе может позволить США обеспечить свои стратегические интересы и без большого ядерного потенциала.

Таким образом, в случае реализации концепции БГУ США смогут создать потенциал для чрезвычайно быстрого и эффективного достижения своих военных целей в конфликтах локального масштаба, а в долгосрочной перспективе эти средства наряду с другими новыми высокоэффективными вооружениями могут позволить США приблизиться к достижению глобального военного доминирования.

2.38. Стратегия «всеобщего сокрушительного наступления»

– стратегическая концепция СССР, относящаяся к первым послевоенным годам (1945–1950 гг.). Заключалась в организации немедленного перехода крупных группировок ВС в наступление на всех ТВД с последовательным разгромом основных сил и средств противника и захвата его территории на всю глубину ТВД с использованием в основном обычного оружия.

Опиралась на общее превосходство в силах и средствах сухопутных войск, особенно танковых войск, на развитие других родов СВ, полную моторизацию и механизацию армии, проведенную в конце 40-х годов XX века.

Предусматривала в случае войны немедленное нанесение по агрессору как ответных, так и упреждающих ударов с последующим развертыванием крупных стратегических наступательных операций силами первого стратегического эшелона с последующим вводом второго стратегического эшелона и резервов.