«12-го числа, рано утром, он явился ко мне в палатку, когда я еще не был одет, и попросил у меня свидания. Я предложил своему царственному посетителю единственный бывший у меня стул, на который он сел, и тотчас заявил мне, что он решил отказаться от престола, это решение его принято твердо, что жизнь его самая жалкая и что он скорее согласится косить сено в английском лагере, нежели быть правителем Афганистана».
28 октября 1879 года был обнародован манифест об отречении шаха от престола, и через несколько дней он и главные его министры были отправлены в Индию, афганский престол остался вакантным, и генерал Робертс временно принял на себя высшее управление военными и политическими делами в Афганистане. До отречения он успел немало пообщаться с Якубом по поводу взаимоотношений Шер Али и русских, и генерал пришел к выводу, что англичане успели в самый последний момент остановить русский удар по Индии, или, как минимум, русскую провокацию. И вообще, влияние России в регионе было возмутительно велико.
«Было бы излишне приводить какое-либо доказательство в подтверждение того факта, что Шир-Али, по той или другой причине, отдалялся от нас в последние годы своего царствования и стал склоняться в пользу союза с Россией, но мне кажется, что связь, существовавшая между возникшим, более тесным сближением России с Кабулом и размером враждебного отношения к нам эмира не была до сих пор оценена как должно. Сказанное Якуб-ханом проливает на этот вопрос некоторый свет, и его слова (о том, что эмиром поддерживались с 1873 г. сношения с русскими) подтверждаются тем, что мы встретили в Кабуле гораздо более русских, нежели англичан. Афганские сардари и офицеры были одеты в мундиры русского покроя, в казначействе оказались русские деньги, на базарах продавались русские товары и хотя дороги, ведущие в Среднюю Азию, были, конечно, не лучше тех, которые вели в Индию, но Россия воспользовалась ими лучше, нежели мы для того, чтобы завязать торговые сношения с Афганистаном.
Преобладание русских денег и товаров в Кабуле и обширные военные приготовления, которые делались Шир-Али последние годы, составляют любопытный комментарий к всему рассказанному Якуб-ханом. Разрыв, происшедший между нами и Шир-Али, дал нам возможность обнаружить и предотвратить серьезный заговор, угрожавший спокойствию и безопасности Индийской империи.
Изобилие русских денег и товаров в Кабуле было доказательством возраставшего сближения России с Афганистаном. У меня не было доказательств того, что русские деньги были ввезены туда каким-либо иным путем кроме торговли».