Война империй. Тайная история борьбы Англии против России

Вон партия солдат, человек 5–6, подходит к одной землянке. Она представляет собой как бы берлогу и помещается под землей, только круглое отверстие или вход в нее чернеет издали. Из землянки доносится чей-то плач. Солдаты останавливаются, наклоняются, прислушиваются, толкуют между собой, просовывают в отверстие ружья и стреляют в темноту, на голос. Крики сначала замирают, но затем усиливаются. Солдаты хохочут, дают еще несколько выстрелов и, по-видимому, совершенно довольные, двигаются дальше.

Навстречу им, тихонько пробираясь между опрокинутыми кибитками, разоренными землянками, разбросанной домашней рухлядью и хламом, тянется длинная вереница кубанских казаков. У каждого из них в руках по ребенку, а у некоторых и по два. Малютки, в крошечных тюбетейках на головах, в страхе жмутся к своим суровым охранителям»[300].

Вслед за бежавшими из крепости текинцами Скобелев послал казаков и драгун. Они гнали туркмен больше 15 километров и рубили всех, кто не успевал скрыться. Женщин и детей вернули в крепость. По данным Скобелева, погибли около восьми тысяч текинцев из примерно 30 тысяч, находившихся в крепости. Через три дня по приказу командующего отряд генерала Куропаткина выдвинулся в сторону Ашхабада и других кишлаков оазиса, имея задачу привести туркмен к покорности русской власти. Вместо двух лет, предусмотренных первоначальным планом, экспедицию против текинцев провели за 9 месяцев. Территория Российской империи увеличилась на 30 тысяч квадратных километров. Маленькая деталь — в этом походе, в осаде Геок-Тепе, принимали участие и сестры милосердия. Среди них была и одна юная графиня. Фамилию она носила Милютина. Да, это была дочь военного министра империи. Она ухаживала за ранеными и больными наравне с прочими медсестрами. Вот примерно так и формируется элита страны. Точнее должна формироваться. В понимании, что такое настоящая жизнь и что такое служение Отечеству.

Впрочем, покорение туркмен этим не закончилось. Хотя население Ахалтекинского оазиса смирилось, присягнуло русскому царю, к Александру II отправилась делегация текинцев. А Скобелев, хоть и громил их нещадно, был восхищен их мужеством и отвагой. Он говорил: «Текинцы такие молодцы, что свести несколько сотен такой кавалерии под Вену — не последнее дело».

В 1882 году начальником Закаспийской области был назначен генерал-лейтенант Александр Виссарионович Комаров, участник Туркестанских походов. Он, конечно, не мог не обратить внимания на туркменский город Мерв, который все еще находился вне зоны русского влияния. Туда на переговоры был отправлен Максуд Алиханов-Аварский. После дуэли тот, напомню, был разжалован и находился в звании штабс-ротмистра. Он посетил Мерв первый раз тайно, под видом купца, в 1882 году, в течение нескольких недель он вел там работу со старейшинами, племенными лидерами, вождями, общался, собирал информацию. В конце 1883 года Алиханов вновь отправился в Мерв, но уже как русский офицер, что было неожиданностью для многих тамошних туркмен, они ведь помнили его как обычного торговца. Но на этот раз он прямо объяснил им, что привез предложение от русского царя и им стоит его выслушать. Причем он ясно дал понять — русские власти знают, что здесь бывают англичане, что они обещают покровительство и поддержку туркменам. Но лучше им быть вместе с Россией. Приведу подробный рассказ самого Алиханова о том, как это было:

«Около десяти часов утра 1-го января 1884 года все съехавшиеся ханы, кетхуды, ахсакалы всех родов и колен Мервских текинцев, в числе около трехсот человек, уселись огромным кольцом, на равнине, за аулом ханши. За ними сплошной стеной теснились две-три тысячи любопытных, а в средине круга был разостлан для меня небольшой коврик. Войдя в средину один, я произнес громко по-туркменски: