Война по радиоперехвату

Политические последствия этого решения были разрушительны. Во-первых, камбоджийские сианукисты и коммунисты заняли прокитайскую позицию, тем более, что Китай стал ощутимо помогать в войне, и отношение к СССР было более чем прохладным. Во-вторых, эта позиция СССР в войне в Индокитае сломала хрупкое единство коммунистических сил в этом регионе. Коммунисты стали раскалываться на два враждующих лагеря: на прокитайских и провьетнамских (что означало также, просоветских). Советский Союз посеял зерна будущей коммунистической войны между Вьетнамом и Кампучией. В-третьих, это решение, продемонстрировавшее махровый и беспринципный прагматизм, подтолкнуло и других участников войны к таким же шагам. Например, кхмерские коммунисты в 1981 году, ради образования антивьетнамской коалиции, открыто отказались от коммунистических идей. Если Советскому Союзу можно, то почему нам нельзя?

Все это широко освещалось в газетах, и сложившаяся политическая ситуация была сильнейшим ударом по социалистическому лагерю, по позициям СССР в мире и по привлекательности идей коммунизма, причем задолго до «нового мышления» М.С. Горбачева. Это был момент, в котором СССР утратил идейное лидерство, не смог подняться над внутренними склоками и дискуссиями, предал товарищей по идее в Камбодже.

Брошенный на произвол судьбы Сианук, конечно, искал союзников внутри Камбоджи, и вскоре нашел их в лице красных кхмеров. Здесь, скорее всего, сыграли большую роль личные связи между Пол Потом, Ху Нимом и Кхиеу Самфаном. Два последних были не сколько коммунистами, сколько социалистами-сианукистами, которые вплоть до конца 1960-х годов и эпохи усиления военных, занимали высокие посты в правительстве и в Сангкуме. Судя по частоте их выборов в Национальное собрание, судя по тому, как Сианук пытался сделать из них политический противовес Лон Нолу, они были интеллектуальным и политическим ядром сианукизма, как политического течения. По всей видимости, именно Кхиеу Самфану удалось уговорить Пол Пота пойти на союз с Сиануком и использовать его в качестве знамени борьбы, хотя это лишало коммунистов самостоятельной политической роли. Решающим аргументом, видимо, стала возможность использовать китайский ресурс и в перспективе получить определенную независимость от вьетнамцев.

С переворотом Лон Нола война вступила в новый этап. В литературе начало этого этапа войны изображается совершенно неверным образом. Во-первых, даже в неплохой работе Крэйга Этчесона изложение боевых действий ведется очень выборочно, и по его книге нельзя понять ход войны. Во-вторых, расхваливаются успехи американских войск в операции в Камбодже. В-третьих, из рассмотрения выбрасываются многие факты, которые говорят, что летом 1970 года Лон Нол уже стоял на грани поражения. История войны в Камбодже искажается самым грубым образом.

Если прибегнуть к сообщениям сингапурской газеты The Straits Times, то картина сражений получается совсем другой. Противником Лон Нола в 1970-1972 годах были вовсе не кхмерские коммунисты, а северовьетнамские войска и Вьетконг. Сразу же после переворота они развернули широкомасштабное наступление в Камбодже, превратив страну в еще один фронт Вьетнамской войны. Собственно, Никсон это и признавал, говоря, что Камбоджа – это еще один Вьетнам. Удар вьетнамских коммунистов был настолько силен, что он свел усилия американских войск по ликвидации баз на «тропе Хо Ши Мина» практически к нулю. Это был очень существенный вклад в поражение США и Южного Вьетнама.

Лон Нол пришел к власти под лозунгами мира и нейтралитета, но сразу же начал войну за «очищение страны от иностранных войск», под которыми понимались вьетнамские коммунисты. Война начиналась в обстановке эйфории, как ее описывает Арнольд Исаакс: «В свои первые месяцы война была популярным «крестовым походом». Молодые мужчины и женщины тысячами вступали добровольцами в армию, чтобы воевать с «юон» – уничижительное кхмерское название вьетнамцев. Имея только несколько часов подготовки или, возможно, даже без обучения совсем, бряцая выданным оружием и буддистскими амулетами, они пели патриотические песни и отправлялись на войну на мобилизованных гражданских грузовиках»²⁷. Вооруженные добровольцы тут же начали расправы с мирными вьетнамцами, проживавшими в Камбодже, чем вызвали бегство почти 200 тысяч вьетнамцев.