Война забытая, Война оболганная

Нельзя упомянуть еще об одной достаточно гнусной стороне тех событий. Прямым военным союзником гитлеровской Германии в деле растерзания Чехословакии выступала Польша. 21 сентября 1938 года, в самый разгар судетского кризиса, польские деятели предъявили чехам ультиматум о «возвращении» им Тешинской области, где проживало 80 тысяч поляков и 120 тысяч чехов. Соотношение, согласитесь, вовсе не в пользу поляков, и тем не менее. В стране нагнеталась античешская истерия. От имени так называемого «Союза силезских повстанцев» в Варшаве совершенно открыто шла вербовка в Тешинский добровольческий корпус. Отряды «добровольцев» направлялись затем к чехословацкой границе, где устраивали вооруженные провокации и диверсии, нападали на оружейные склады. Польские самолеты ежедневно нарушали границу Чехословакии. День в день с заключением мюнхенского сговора, 30 сентября, Польша одновременно с немецкими войсками ввела свою армию в Тешинскую область. Тешиться с ее захватом полякам удалось меньше одного года. Потом в роли расчленяемой страны оказалась уже их родина. Что ж, зачастую расплата за содеянное очень быстро настигает не только отдельных людей, но и целые страны. Впрочем, расплачиваться придется не только Варшаве. Бомбежки Лондона, грохот сапог вояк вермахта по мостовым Парижа, да и вообще оккупация Европы гитлеровской Германией уходят корнями в совершенное 30 сентября 1938 года мюнхенское предательство.

Верили ли участники сговора, что идут по пути «меньшего зла» и, жертвуя Чехословакией, предотвращают мировую войну? Возможно, кто-то столь наивный среди дипломатов и имелся – хотя лично мне сомнительно. Наивные в этом ремесле долго не задерживаются. Слова Чемберлена, вернувшегося из Мюнхена в Лондон и прямо у трапа самолёта заявившего: «Я привёз мир нашему поколению» – это, конечно, не более, чем декларация. Правду сказал в те дни другой британец: «Англии был предложен выбор между войной и бесчестием. Она выбрала бесчестие и получит войну». Слова принадлежат Уинстону Черчиллю, на чьи плечи и легла вся тяжесть войны, «выбранной» его страной в Мюнхене. На самом деле, здравомыслящие и трезвые политики Запада не могли не понимать, что остановить Гитлера одной мюнхенской подачкой не удастся. Но в том то и суть, что останавливать его они и не собирались. Им нужно было просто направить фашистскую агрессию на Восток, против Советского Союза.

Бедная, бедная Польша…

В этой главе, посвященной прежде всего вступлению Рабоче-крестьянской Красной армии на территорию Западной Украины и Белоруссии, мы попробуем, взвесив все факты и обстоятельства, разобраться с тем, что же конкретно произошло 17 сентября 1939 года.

Заметьте – я даже не пытаюсь призывать к «объективному и беспристрастному» рассмотрению вопроса, поскольку относительно слишком многих вещей и точек зрения на них даже у двух противоборствующих сторон хоть какая-то равноудаленность от истины будет практически исключена, потому что в основе каждой из этих точек лежат знания и вера, полученные с самого детства. Для Китайской Народной Республики Гонконг и Тайвань – его неотъемлемые части, волей судьбы временно оторвавшиеся от страны и подлежащие возврату «в лоно», у Запада (и многих проживающих в Гонконге и на Тайване китайцев) мнение совершенно иное. Для Киева Крым – «исконно украинские земли», вот только сами крымчане так не считают. Для поляков территории, на которые РККА вступила в 1939 году – это «Восточные Кресы», важная часть «Великопольши», которая непременно должна простираться «од можа до можа». Товарищи Сталин и Ворошилов видели в них оттяпанные по подлому в 20-х годах земли, испокон веков принадлежавшие нашей стране. И раз уж деятели из Варшавы умудрились проспать собственное государство, то следует их аккуратненько изъять для возврата законным владельцам. Пока там не укрепились нацисты, драться с которыми все равно еще придется. Как видите – каждая сторона видит (и всегда видела) ситуацию на свой манер и почитала свою позицию за единственно правильную. Хотя бы потому, что основывалась эта позиция на столетиях войн и реках крови, пролитой за обладание теми или иными пространствами, равно как и на особом видении роли и места собственного народа и страны в мире и в истории.

Никакого «общего знаменателя» в данном вопросе быть не может в принципе. Это – очередная либеральная белиберда, нечто вроде не существующих в природе «общечеловеческих ценностей» и тому подобному. Поэтому рассматривать действия Советского Союза осенью 1939 года я намерен именно с точки зрения его государственных интересов. Конечно же, приводя попутно иные мнения и взгляды – с соответствующими комментариями и оценками.