Читаем Воспоминания полностью

29 Серия картин «Нагорная проповедь» была задумана Н. Н. Ге летом 1886 г. Толстой в нескольких письмах поддержал замысел художника. «Главное, — писал он, — Ваша работа. Как Вы это сделаете — через Вас сделается — я не знаю, знаю только, что если выйдет, то будет настоящее» (ПСС, т. 63, с. 377). Из задуманных Н. Н. Ге картин Толстому более всего понравились сюжеты «Искушение» и «Вот спаситель мира». Однако серия в задуманном виде не была завершена.

30 Письмо неизвестно.

31 Л. Н. Толстой. Чем люди живы. В рисунках Н. Н. Ге. Фотографии М. Панова. М.,1886.

32 Портрет находится в Доме-музее Л. Н. Толстого в Москве.

33 Портрет «Толстой за работой» Н. Н. Ге написал в свой приезд к Толстым в январе 1884 г. Был экспонирован на XII выставке передвижников 1883–1884 гг. Впоследствии приобретен П. М. Третьяковым. Авторское повторение — в ГМТ.

34 Над бюстом Толстого Н. Н. Ге работал, гостя в Ясной Поляне осенью 1890 г. В письме к Н. Н. Ге от 30 июля 1891 г. Толстой, сравнивая этот бюст с работами И. Гинцбурга и И. Репина, писал: «Ваш лучше всего» (ПСС, т. 66, с. 24). Бюст находится в ГМТ.

35 Картину «Что есть истина?» Ге написал в течение трех месяцев — с октября 1889 по январь 1890 г. Толстой проявлял к ней огромный интерес. «Все думаю о Вас и о Вашей картине, — писал он художнику 10 февраля 1890 г. — Очень хочется знать, как к ней отнесутся и кто как? Меня мучает, что фигура Пилата мне как-то с этой рукой представляется неправильной. Я ведь не утверждаю, а спрашиваю; и если знатоки скажут про эту фигуру, что правильна, то я успокоюсь. Об остальном я знаю и спрашивать ничьего мнения не желаю» (ПСС, т. 65, с. 19–20). 11 февраля 1890 г. картина была экспонирована на XVIII выставке передвижников, но через несколько дней снята по распоряжению властей.

36 Из письма Толстого к американской переводчице Изабелле Гапгуд от 11 июня 1890 г. (ПСС, т. 65, с. 333–334).

37 Статья Д. Л. Мордовцева «Что есть истина?» (цит. по кн.: В. В. Стасов. Николай Николаевич Ге, его жизнь, произведения и переписка, с. 325–327).

38 Литератор и присяжный поверенный Николай Дмитриевич Ильин в письме от 20 апреля 1890 г. предложил Н. Н. Ге выставить картину «Что есть истина?» за границей. С согласия П. М. Третьякова, купившего ее, картина выставлялась в Германии, затем в США (см. об этом: В. В. Стасов. Николай Николаевич Ге, с. 331–346, 355–366).

39 Под диктовку Толстого Татьяна Львовна написала о картине «Что есть истина?» в США: сыну известного борца за отмену рабства Вильяма Гаррисона — Венделю Гаррисону, писателю Натану Доулу и пастору В. Ньютону (см. «Письма по поручению». — ПСС, т. 65, с. 334).

40 Американский публицист и общественный деятель Джордж Кеннан совершил в 1885–1886 гг. путешествие по Сибири с целью изучить систему тюрем и ссылок в России. Перу Кеннана принадлежит книга «Сибирь и система ссылки» (1891). Толстой позднее пользовался материалами Кеннана для описания сибирских тюрем в романе «Воскресение».

41 Из письма от 8 августа 1890 г. (ПСС, т. 65, с. 139–141).

42 Н. Д. Ильин. Дневник толстовца. СПб., 1892. Книга полна лжи и вздорных обвинений по адресу Толстого и Ге. Позднее, запутавшись в уголовных преступлениях, Ильин бежал за границу.

43 Над картиной «Суд Синедриона» («Повинен смерти») Н. Н. Ге работал в 1892 г.

Толстой очень одобрил этот замысел, но, увидев картину, посоветовал автору «переписать Христа: сделать его с простым, добрым лицом и с выражением сострадания — таким, какое бывает на лице доброго человека, когда он знакомого, доброго, старого человека видит мертвецки пьяным, или что-нибудь в этом роде. Мне представляется, что, будь лицо Христа простое, доброе, сострадающее, все всё поймут» (ПСС, т. 65, с, 258–259). Картина была запрещена и снята с выставки передвижников.

44 Картину «Совесть» (первоначальные названия: «Иуда», «Предатель») Н. Н. Ге написал в 1890–1891 гг. Отзыв Толстого: «Хорошо, задушевно, но не так сильно и важно, как „Что есть Истина?“» (ПСС, т. 65, с. 255). Картина находится в Третьяковской галерее.

45 Из писем к М. Л. и С. А. Толстым от января 1891 г. Местонахождение писем неизвестно.

46 В статье «Об Иуде-предателе и о XIX передвижной выставке» И. К. Михайловский утверждал, что изображенная на холсте Ге фигура Иуды не раскрывает идеи картины, озаглавленной «Совесть», «Почему это „совесть“? Угрызения совести, этот драгоценнейший для нас момент во всей истории Иуды… этот момент художник отваживается изобразить спиной предателя… Закройте правую сторону картины, сотрите подпись, и иной подумает, что перед ним просто человек, которому вздумалось выкупаться в лунную ночь и который теперь дрожит от холода и кутается в какую-то хламиду. А меж тем это Иуда, страшная история которого занимает умы миллионов людей в продолжение целого ряда веков. Замысел картины г. Ге очень смел, но смелость, не всегда города берет» (Н. К. Михайловский. Полн. собр. соч., т. 6. СПб., 1909, с. 939–940).

Перейти на страницу:

Все книги серии Серия литературных мемуаров

Ставка — жизнь.  Владимир Маяковский и его круг.
Ставка — жизнь. Владимир Маяковский и его круг.

Ни один писатель не был столь неразрывно связан с русской революцией, как Владимир Маяковский. В борьбе за новое общество принимало участие целое поколение людей, выросших на всепоглощающей идее революции. К этому поколению принадлежали Лили и Осип Брик. Невозможно говорить о Маяковском, не говоря о них, и наоборот. В 20-е годы союз Брики — Маяковский стал воплощением политического и эстетического авангарда — и новой авангардистской морали. Маяковский был первом поэтом революции, Осип — одним из ведущих идеологов в сфере культуры, а Лили с ее эмансипированными взглядами на любовь — символом современной женщины.Книга Б. Янгфельдта рассказывает не только об этом овеянном легендами любовном и дружеском союзе, но и о других людях, окружавших Маяковского, чьи судьбы были неразрывно связаны с той героической и трагической эпохой. Она рассказывает о водовороте политических, литературных и личных страстей, который для многих из них оказался гибельным. В книге, проиллюстрированной большим количеством редких фотографий, использованы не известные до сих пор документы из личного архива Л. Ю. Брик и архива британской госбезопасности.

Бенгт Янгфельдт

Биографии и Мемуары / Публицистика / Языкознание / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное
Аплодисменты
Аплодисменты

Кого Людмила Гурченко считала самым главным человеком в своей жизни? Что помогло Людмиле Марковне справиться с ударами судьбы? Какие работы великая актриса считала в своей карьере самыми знаковыми? О чем Людмила Гурченко сожалела? И кого так и не смогла простить?Людмила Гурченко – легенда, культовая актриса советского и российского кино и театра, муза известнейших режиссеров. В книге «Аплодисменты» Людмила Марковна предельно откровенно рассказывает о ключевых этапах и моментах собственной биографии.Семья, дружба, любовь и, конечно, творчество – великая актриса уделяет внимание всем граням своей насыщенной событиями жизни. Здесь звучит живая речь женщины, которая, выйдя из кадра или спустившись со сцены, рассказывает о том, как складывалась ее личная и творческая судьба, каким непростым был ее путь к славе и какую цену пришлось заплатить за успех. Детство в оккупированном Харькове, первые шаги к актерской карьере, первая любовь и первое разочарование, интриги, последовавшие за славой, и искреннее восхищение талантом коллег по творческому цеху – обо всем этом великая актриса написала со свойственными ей прямотой и эмоциональностью.

Людмила Марковна Гурченко

Биографии и Мемуары