Воспоминания фронтового радиста (от Риги до Альп)

Приспособился поднимать дальний конец антенны без установки мачты. Все просто. К концу кабеля привязываю камешек, и забрасывают с его помощью антенну на дерево, крышу, или еще куда-нибудь.

Теперь с антенной проблем нет. В запасе всегда несколько отрезков кабеля. Если при перемещении не успеваю смотать антенну, на новом месте установлю новую.

* * *

На склонах гор и в долинах начали встречаться виноградники.

В центральной России виноград не произрастает. Для многих он диковинка. Для меня виноград был редкостным деликатесом.

Вначале виноградники особого внимания не привлекли. Просто красивая зелень и все.

Когда виноград отцвел, а цветы у него невзрачные, и стали завязываться кисти, захотелось попробовать эту диковинку. Первая проба разочаровала, дикая кислятина. Понял, что нужно ждать пока ягоды созреют. Понять-то понял, но сейчас не мирное время, война. Уцелею ли, доживу ли до спелых ягод, еще большой вопрос...

Прошло какое-то время. Наш командир, полковник Василий Иванович, развернул ПУ в винограднике.

Сижу со своей радиостанцией. Работы много. Связываюсь то с одним корреспондентом, то с другим.

Рядом виноградная лоза, увешанная кистями спелых, полупрозрачных ягод, светящихся на солнышке, словно янтарные бусинки, так и просящихся в рот.

Но служба есть служба. Борюсь с искушением бросить все и сбегать, сорвать пару кистей.

Виноград манит не только как развлечение, но и как источник влаги. От жажды во рту пересохло. Октябрь месяц, а жара как в середине лета, в июле.

Виноградник хорош не только ягодами. Трудно придумать лучшую маскировку.

Неплохо еще, что между рядами кустов глубокие борозды. Если в такую борозду лечь, не очень надежная, но все ж защита при обстреле.

* * *

Ранее утро. Идем по узкой, заросшей травой дороге между виноградниками. На небе ни облачка. Поют птички. Такое мирное, доброе утро.

Раздавшаяся невдалеке короткая автоматная очередь вернула к действительности. Мы на фронте, совсем близко от передовой.

Больше стрельбы не слышно. Короткую очередь, вероятнее всего, дал кто-то задремавший в своем окопе на рассвете, испуганный мелькнувшей перед ним тенью или шумом, нарушившим утреннюю тишину.

Впереди небольшая высотка, поросшая травой. Вершина ее на 3–4 метра выше виноградника.

Полковник решил обосноваться на ней. По его мнению, оттуда хороший обзор, лучше руководить боем.

Раньше мы размещались в виноградниках, и все было в порядке.

Действительно, виноградник хорошее средство маскировки, как для нас, так и для противника. Иными словами, ни нам, ни им ничего не видно.

Поднялся на бугор. Огляделся. Мы тут как мишень в тире. Скорей нужно окапываться.

Радист обосновался возле полковника, а я начал рыть щель немного в стороне.

Повезло, грунт мягкий, податливый. Когда отрыл примерно наполовину, подошло время сеанса связи.

Проконтролировал, что радист передал и принял все, что положено.

Вот и щель готова. Лег на дно. Почти уютно, не жарко и защита при обстреле неплохая.

Приподнялся, гляжу, на холм поднимаются три офицера, представители поддерживающих нас артиллеристов и минометчиков.

Только они поравнялись со мной, как чуть вздрогнула земля. По выработавшемуся опыту понял, что у противника грянул артиллерийский залп, снаряды летят сюда, к нам.

По земле звук выстрела орудия распространяется быстрее, чем в воздухе.

Почувствовали это и офицеры, бросились к моей щели.

Хотел вылезти, уступить им место, не успел, навалились они на меня.

Попытался вывернуться из-под них. Чтобы действовать согласно уставу, защищать офицера грудью.

Шикнули на меня, чтобы не вертелся, лежал смирно. И тут началось: снаряды, мины рвались кругом.

Ощущаю, что на лежащих сверху сыпется земля.

Кончился артналет. Вылезли все из щели.

С удовольствием вздохнул воздух. Меня так придавили, что еле дышал. Все целы. Живы.

Лежавший сверху полковник-артиллерист отделался тем, что на него насыпалось порядочно земли, но ушибов не было.

* * *

Сегодня 22 августа. День солнечный, на небе ни облачка. На передовой тихо. Наша часть временно перешла к обороне.

О близости передовой напоминает то близкий одиночный выстрел, то короткая автоматная очередь.

Вероятно, кто-то из бойцов задремал в своей щели или окопе, разморенный солнышком, после бессонной ночи, проведенной в карауле. Его что-то разбудило. Возможно, кто-то прошел рядом. Боец, испугавшись, что это был проверяющий, чтоб показать свою бдительность, что он не спит, на всякий случай пальнул.

Телефонная связь работает устойчиво. В радиосетях объявлен перерыв до особых указаний.

Включил радиостанцию на прием. Подошло время послушать московскую передачу «От советского информбюро». Эта передача о текущих событиях на фронтах Отечественной войны.

Послушав, выключил радиостанцию и стал собираться в соседний виноградник.

Подыскиваю, во чтобы собрать виноград. Взгляд остановился на ведре-поилке нашей кобылы.

* * *

Нарушился мой план. Подошел связной и сказал, что меня вызывают в штаб полка.

Такое официальное обращение бывает очень редко. Возможно, прибыл кто-то из дивизионного начальства.