Возникновение(СИ)

И тотчас запыхтел: "Я то же мыслил!

Примерно так, а может даже - лучше!"

"Пошел, плут, вон! Возможно ль переделать!"-

Кричал художник, запирая ставни.

Странная жалоба

И вот, освещенный я сказкой-луной,

Прощаюсь, прощаюсь с тобой!

В стремленьях! я "грешную" суть утопил;

Я в себя никого не влюбил...

Как яблоко рухнет от страшной жары

До красочной, спелой поры,

Здесь падают люди с заветной мечтой,

Наевшись гнилой простотой.

Хотел бы я видеть, как эта луна,

Как прекрасна моя сторона!

Но видеть возможно как будто не здесь;

Приняв тяготение весь,

Лишь бейся отчаянно в небо границ

Да звездных гляди колесниц...

И признаюсь теперь, я завидую Тем,

Кто в движении вечном над всем!

Томит меня больно усталая грусть,

Что мир наш обжил - наизусть...

И ты посмотри же на лунный сей свет,

Ничего в нем смертельного нет!

Но вот эта её над землей высота...

Впредь будет мучить всегда.

Кто я?

Кто ты! Не верю я давно твоим глазам.

Кто я? Мне не поверить и своим мечтам!

Я - мелочь! Я при жизни пустота...

Я высший там, где закапает высота!

Меня нашел и раздавил парад!-

Я сумасшедший тот, что славил - наугад.

Я за угол бежал, я угол находил;

Я воин знатный - я ловушки все простил...

Я был утешен счастьем: мне нашли,

Что с неба своровали... Бога унесли!

Кто этот я, кто этот я, кто этот я!

Что ж вы бежите от меня... я есть змея?

Пусть... будет ветру и снегам мой труд,

И тело сгинет там, где разорвут:

Где хищный вой, где доблесть и почет,

Где жизнь и смерть семьей большой живет...

А мне бегущие друзья: "Он не любил!.."

Да что с того - "кто этот я?" я не решил.

Болезненное ненастье

Вот так развалился пасмурный день...

Его облака, как снотворная лень:

Ползут тошнотворно... налипшие тряпки

Ползут торжествующе и без оглядки.

Ненастный сей миг - покушенье на смелость!

Живет без порыва окаменелость;

С надеждой своей по-босяцки играет,

И развлеченье тотчас забывает.

Легко растворяет нас пасмурный взгляд.

Ты вправе мечтать! да мечтаешь "назад";

Ты можешь сплясать на безветрии танец,

Но сам - обернувшийся в гибельный глянец...

Ты можешь! Ты можешь! Ах, как одиноко

Летает под тучами коршун высоко;

Волит и тревожит его храбрый писк.-

Болезни в глаза! Мы забыли тот риск.

Не надо, не надо! о милостях, братстве;

О, не уличите во мнимом злорадстве!

Сегодня: и солнца небесные тонут...

Я бедствием счастия - счастливо тронут.

Тоска

Люблю тебя, упрямая тоска!

О, что за чудо, прелесть, вдохновенье!

Когда была ты, нежность, далека?

Когда здоровалось с тобой забвенье?..

Какая утонченность, форма... я в залог

Всю будущность отдам за встречу,

Чтоб снова услыхать твой нудный слог,

Чтобы узнать, что я тебе отвечу.

Пусти меня в объятия свои,

Согрей своим печальным ожиданьем;

Пали из звезд, из звезд костер любви!

Овей себя изысканным преданьем.

Ты, госпожа разительных пустынь,

Как караван под солнечною лаской,

Явись! И уж со мной простынь,

Укрывшись пыльною, тяжелой краской...

Навстречу одинокой, хладной тьме...

Как призраки войдем в неясность.

И там умрем когда-то в дружеской семье;

Друзьям на свете есть еще опасность?

Осень

Лёгки деревья осенью поздней;

В тяжесть рябине лишь красные гроздья...

Уже полумесяц на запад плывет,

Вечером холод своё заберет.

В мире туман лишь тревоги не знает;

О снах в разговоры туман увлекает:

Толк ни о чем, вот невидимый плен!

Такой не имеет как будто бы стен.

Гроздья рябины же соком налитые,

Осень пришла - и вы небом умытые!

Осень пришла - и седеет трава;

Рвутся в пустыню нагую слова.

Ночью кромешной в ненастную пору

Ищешь настойчивей, жадно опору;

Грусть под рукой и стоишь одиноко...

Осень прекрасна - и правит жестоко!

Каждый упавший лист - осенью дышит.

Он мирно лежит, никого он не слышит;

Почти что не видят и солнечный луч!

Лишь звезды мигнут им из старческих туч,

Да крик неизвестный им на ночь доложит:

Что осень стара, и зима уже может.

*

"...и из слез, пролившихся из моего Ока, зародились мужчины и женщины".

Э.А. Уоллис Бадж "Египетская книга мертвых"

Когда-то он плакал, а дождь, не нуждаясь,

Печаль умывал и плыл вдаль, играясь...

И слышали дети лишь бури дрожанье.

Так жаждали дети своё увяданье:

Спешивши ужасно! на "горы" подняться,

Спешивши уже... никогда не бояться...

Но, милые пленники, милые войны,

На площадь шагаете, спинами стройны!

Бегут по асфальтам прекрасные тени

И страстно желают родительской пени!..

Под ноги ж - цветы, на щеках - поцелуи;

Затем они дети, чтоб в счастливой сбруе.

Но если бы завтра действительно - в горы,

Оставив поддельные, яркие взоры!

Да если бы завтра - мы к Солнцу поближе!..

Да если бы завтра мы были б не ниже,

Чем благозвучная давка - венчанье...

Мы бы влюбились не только в молчанье;

О том бы узнали: где Боги не значат,

Где слезы их мерзнут... и где Они плачут.

Видение

Когда сходила ночи тень

На зацветающие нивы,

На небе светлый, словно день,

Явился комонь златогривый!

Под светом острым ранних звезд

Его я чувствовал дыханье;

Был взгляд его бездонно прост,